За...2.

В здешних широтах солнце не поднимается до зенита, а потому именно в это время покои главного зала были освещены дневным светилом лучше всего. Но ни его размеры, ни дивные фрески, ни замысловатые барельефы, открывшиеся со всей красотой, не могли удивить стоящих у стены людей.

– Мастер, вы уверены, что он не сошёл с ума?

– Ложь, сейчас мы находимся на равных, так что называй меня по имени – Берущий, – отозвался второй человек. – Я бы в самом деле мог назвать Возвращающего сумасшедшим. Однако только в том случае, если бы сейчас перед моими глазами не маячило столько лиц.

Ложь вновь перевела взгляд на центр зала. В самом деле, она уже ни раз видела барельефы и иные архитектурные украшения помещений в родной гильдии, но двести людей, собранных меньше, чем за сутки… Это было слишком нереалистично, чтобы быть правдой. Помимо прочего в толпе имелось немало стариков, детей и женщин. Все они стояли и с благоговением и восхищением разглядывали зал, в который и не надеялись, что им удастся попасть.

– Мастер, – вновь подала голос девушка, но тут же исправилась. – Берущий, с чего сюда набежало столько народа? Да и набирать их не слишком глупо?

– Не знаю. Брать из трущоб, всех без исключения – я не знаю. Единственное, на что они годятся, так это стать разменной монетой. Однако это не поможет в борьбе с "Отверженными". А почему они пришли… Ложь, ты ещё не повидала мира, однако я неплохо знаю этот город. Обычные районы и трущобы – это два совершенно разных мира. Их разделяет буквально одна улица, однако люди живут совершенно разные.

– Может, сбежим, пока не поздно? – вновь спросила Ложь. – Мы не знаем, как расправиться с Возвращающим, а то, каким он стал, меня пугает. Ему может прийти в голову, что угодно. Пока не стало слишком много глаз, нам необходимо покинуть гильд-корпус.

Берущий покачал головой.

– Нельзя. Нас ни за что не примут обратно без головы Возвращающего. Мы себя опозорили. Тебя могут ждать телесные наказания и множество табу, ты станешь бесправным человеком, без возможности подняться выше в течение нескольких лет. Меня же однозначно прикончат. С моим опытом и статусом провал становится несмываемым пятном, избавить от которого может только смерть.

Ложь засуетилась. Шумящая толпа, собравшаяся в зале, давила на нервы.