Именем Горна

Братство накрепко запретило посещать места, где заперты твари Усмия. Мрачного бога Подземных…

— Вот он, — наконец приглушенно сообщил Рыжий, и Эйдор напрягся, ожидая увидеть Стража. — По этому коридорчику в залу выйдем, тама к стенке поближа, провал тама на нижние уровни, опосля лестничка будя, по ней и к рукаву выйдем, завали его штольня!

Сердце готово было вырваться из груди, и юноша молча наградил ни в чем не виноватого проводника нелестным эпитетом, о котором сразу же пожалел. Ну не специально же смотритель пугает.

— Раньше богатая шахта-то была, да и сейчас добра хватаеть, — глухо поделился он. — Народцу опять жа, больше было. Половина домов пустыя стоят, долго люд не держится в бездельи-та. Вот отчего Стража не в южных штольнях заперли? Они жа годков двадцать как истощилися! А руда в Стохолмье лучшая завсегда была, как старики сказывають.

— Я слышал, что иного выбора не было, — попытался оправдать Братство Эйдор.

— Да слыхал я байку эту, завали ее штольня, слыхал. Понимаю, но обидна! Да и смельчаков, Стража сюды затащивших жаль, но нет да объявится мысля-то, чта может и до южных дотянули…

— Думаю, не до этого гвардейцам было, — поморщился инспектор. История о ста гвардейцах Братства была ему известна. Кровь сами себе пускали, а разоряющий Стохолмье Страж шел по алой дорожке, будто зачарованный, прямиком в западню волшебников Братства. Победили они исчадье Подземных, заточили в недра шахты.

Но теплеет… Видать, Усмий вновь раскалил Подземные Кузни.

Лестница оказалась старой, прохудившейся — Симр сюда раньше не ходил, поэтому идти пришлось очень осторожно, держась за сырые камни стен. Один раз Эйдор едва не потерял равновесие, но, испуганно ойкнув, удержался.

— Осторожнее, — собрано сообщил идущий впереди проводник. — Ухнешь вниз, еще и меня к Халду заберешь. А мне рановата к Халду-то.

Юноша смущенно улыбнулся, понимая, что такого извинения Рыжий все равно не увидит.

В зал с Ледяным Стражем они вынырнули неожиданно для Эйдора. Сияющие голубым огнем стены заставили сердце инспектора восхищенно замереть.

Посреди титанической пещеры застыло древнее, косматое чудовище, огромное, в пять-шесть человеческих ростов, с длинными, касающимися земли когтистыми лапами. Необычайно крохотная для такого гиганта голова была опущена, будто монстр спал.