Последний. Эликсир жизни

Почувствовав изучающий взгляд, Каберт взял тонкую, затянутую в перчатку, ладонь, и коснулся её губами. Протягивать руку в перчатке – верх неприличия с точки зрения этикета, но Голос и в мелочах пытался сохранить инкогнито. Не потому ли он так часто менял личных слуг?

На пальце хозяина замка что-то блеснуло, и Каберт, приглядевшись, заметил кольцо: крупный бриллиант в золотой оправе, изображавшей перевернутый полумесяц. Его кольнуло неприятное воспоминание, но прежде, чем он успел что-то сказать, вампир отнял руку.

– Красивое кольцо, не так ли, Морисмерт?

– Как и все, что принадлежит лидеру Ладоней Жнеца, – тут же отозвался Каберт. Он считал, что немного лести не повредит.

Вампир склонил голову набок. Складки капюшона чуть колыхнулись, но, как лорд, не старался, ему не удалось рассмотреть даже пряди волос.

– А я думал, ты узнал его. Такое же кольцо получил твой сын, прежде чем отправиться в Веталию.

Повисла пауза. Голос Жнеца поднял руку, любуясь переливами света на гранях бриллианта, словно его ничто больше не волновало.

Его слова прозвучали совершенно обыденно, но Каберт не зря существовал сотни лет: ему почудилась, и насмешка, и неясная угроза.

«Значит, этот вызов связан с Чианом. Плохо дело. Что же ты натворил, мальчишка?»

– Мой господин, от Чиана нет вестей, – решился нарушить тишину лорд. – Но я уверен…

Он не успел договорить. В следующее мгновение, непонятная сила подняла его над полом, и, швырнув через весь зал, впечатала в стену.

Каберт поморщился от боли. Правое плечо заныло, перед глазами замелькали темные круги. Будь он полукровкой, получил бы тяжелые увечья навсегда. А так – его ждет всего лишь несколько неприятных часов, если, конечно, Голос не планировал продлить наказание.

– Значит, ты уверен, Морисмерт? – прошипел хозяин замка. – Помнишь, что обещал мне, когда привел сюда своего сына-полукровку? Ты обещал мне Веталию! Рискнешь поставить на кон свое существование? Или, все же немного подумаешь?

Каберт провел рукой по стене, пытаясь подняться.

Он не решался использовать магию, понимая, что это только сильнее разозлит Голос Жнеца. Но и валяться на коленях, подобно жалкому рабу, ему претило.

– Мое существование – в ваших руках, господин, – смиренно произнес он. Каберт склонил голову, не только в знак покорности, но и для того, чтобы хозяин не заметил яростного блеска его глаз, и сжатых в узкую линию губ.

Его никогда еще так не унижали.