Последний. Дети вампира

Вместо надоевшего сада Маус оказался в большом, хорошо освещенном, зале. Полукровки, явно принадлежащие к знати, медленно прохаживались с бокалами в руках, или же расположились за круглыми, покрытыми бархатной тканью, столами. Судя по возгласам, то радостным, то удрученным, шелесту карт, и звону монет, ставки в игре были нешуточные.

Никто из толпы посетителей не обратил на Мауса ни малейшего внимания. Как будто они его не видели.

Но вдруг из-за спины послышался негромкий голос:

– Ты все-таки пришел.

Маус обернулся и увидел вампира, единственного, которого втайне боялся. Как и в первую встречу, он не разглядел чужого лица, скрытого за белым капюшоном.

Клодар поборол желание вцепиться этому неизвестному в горло. Шесть лет назад, если бы Маус не успел, эта вампирья мразь убила бы Роя! Тогда еще незнакомого ему Роя.

Но, больше чем уничтожить противника, Маусу хотелось узнать, кто скрывается под маской. Пришлось напомнить себе, что все, окружающее его, в том числе и вампир, – не более, чем иллюзия.

Незнакомец в белом плаще с капюшоном повернулся спиной. Сердце мутанта пропустило удар, когда он разглядел изображенный на плаще символ перевернутой луны. Никто из вампиров, с которыми они сталкивались на миссиях, ничего не знал об этом знаке.

Разные вампирские кланы имели свою символику, но про тот не было ничего известно. Или информация была засекречена настолько, что специально стиралась из памяти случайных лиц.

Маус последовал за противником, и тот привел его к столу с игральными костями. Незнакомец пару раз подбросил кости в воздух, а затем вновь заговорил с мутантом:

– Ты, наверное, заметил, что в отличие от других у тебя была лишь одна дверь. Следовательно, только одно возможное будущее. Как думаешь, почему?

– Не знаю, да и меня это мало волнует. Гораздо важнее – кто ты такой? – Клодар бросился к чужаку, пытаясь задеть, но когти схватили лишь воздух. А тот же голос вкрадчиво прошептал:

– Ты хоть понимаешь, что перешел дорогу не только мне, но и всем расам? Тебе следовало бросить мальчишку умирать, но ты вмешался.

Маус фыркнул. Нет, здесь, в глубине чужой иллюзии, было бесполезно искать ответы на свои вопросы.