Дуэль и Традиции

Уступавший в росте Адалхарду на добрую половину головы, во всем прочем Эльн имел с ним многие общие черты, происходившие из их невероятно дальнего родства – так настоящие, «истинные» эшингардцы отличали своих родичей среди прочих представителей людских народностей.

Но если старший сын рода Кнабенау мог с легкостью сойти за молодого ястреба, прикрывающего напускными спокойствием и рассудительностью характер жесткий и жестокий, то последний из рода Адеркас не играл роль, действительно обладая талантом спокойствия и силой взгляда холодного, как ветер Бонна.

Эльн не мог похвастаться силами, присущими молодым людям, схожим с Адалхардом, так как был заметно старше своего оппонента, но взамен этому противопоставлял точный расчет и бескомпромиссность. Производя впечатление жилистого телосложения, граф при этом, несмотря на поврежденную ногу, держался уверенно и с подчеркнутой холодностью и вежливостью.

- Цвет волос вашего слуги меня волнует nicht mehr und nicht weniger необходимого, граф. Более меня задевает факел, что он держит в руке.

Кнабенау изогнул в удивлении бровь, остальные же черты его лица дернулись слегка насмешливо.

- Вы обеспокоены тем, что им можно подать знак притаившимся убийцам?

- Ничуть. Но факел сгорает быстро. Вы считаете, что наша с вами дуэль продлится так мало времени, что вы успеете вернуться в его свете домой?

- За каждую мимолетную мысль об этом я называл себя глупцом. Даже с учетом… - ничем не скрываемый мимолетный взгляд Адалхарда прошелся сначала по поврежденной ноге, а затем обратился к лицу.

- Почетное прозвище почти двадцатилетней давности. Но, как я вижу, вы высоко его цените. Сколько тебе заплатили, наемник?

Достойно выдержав холодный взгляд серых очей, второй синеволосый, отличавшийся странностью своих одежд, не проронил ни слова, ожидая, как на вопрос отреагирует его наниматель.

- Верно, для меня граф Эльн Адеркас навсегда останется прославленным героем Эшингара, непобедимым, каких бы ран этот титул ему ни стоил.

Кнабенау положил руку на плечо своему странно одетому спутнику.

- Когда вы вызвали меня на дуэль, граф, вы не стали обговаривать условностей, поэтому я считаю, что в моей власти будет выставить вместо себя иного человека, который разрешит наш спор.

Гоц едва удержался от того, чтобы громко и показательно сплюнуть прямо на каменную брусчатку у ног Адалхарда.