Дуэль и Традиции

Бонн, славный город, столица королевства, построенная руками многих людей и единой волей их первого владыки, настолько великого, что его личность стерлась в веках, превратив человека в идею, в своем величественном виде ставшую Первым Королем, незримой фигурой нависавшим над своими потомками и потомками их потомков.

Первый Король, Великий Король, Первый Великий… его внутренняя сила была подобна природе во всей ее мощи, олицетворявшейся в горах, что выше неба, в озерах, что глубже подземных троп дворфов, в дожде и лесах, в огне и…

Ветре, чье приближение в ночи столь же непредсказуемо, как и выпад мастера.

Его порыв, столь сильный, что даже Гоца, привычного к его яростным проявлениям среди городских улиц и просторных площадей столицы, снесло в сторону, заставив кубарем прокатиться по мостовой. Прежде, чем голова оруженосца весьма неудачно врезалась в каменную плиту, он успел заметить Амэйбла, который в своем яростном неконтролируемом пируэте, подхваченный несущимся воздухом, явно собирался остановиться где-то в районе стены ближайшего дома.

С удовлетворением отметив, что уж его-то путь не столь далек, Гоц приземлился затылком о гладко стесанную поверхность, после чего свет в глазах померк.

Брави удалось остаться на месте, пусть и пришлось для того упасть на колени и сжаться в единый пестрый комок.

Адалхард не ожидал столь сильного удара в спину, и все же, призвав всю свою силу, устоял, позволяя всей силе ветра не сдвинуть его, но помочь ускорить падение меча на голову своего соперника.

Удар вышел превосходным, вкупе с мастерством и силой Кнабенау, развить скорость, на которой возможно было бы разрубить человека надвое, помогали и резкие порывы. Впрочем, чем быстрее двигалось оружие, тем яснее граф осознавал, что более не он управляет его движением, но оно ведет его.

Меч с заглушенном звуком звякнул, заставляя каменную плиту в месте удара своего лезвия пойти трещинами. По его долу мгновением позже скатился ручеек крови, каплями опадая на мостовую.

Эйфория. Адалхард оказался опьянен ею.

Прямо сейчас он победил не просто дворянина, чья звезда славы давно уже начала свой путь к закату – его клинок положил конец жизни «Стального Орла», ставшего живой легендой, одним из кавалеристов, чьей руке принадлежали победы над знаменитой конницей королевства Бриза, которая раньше считалась лучшей на всем континенте. Пусть те дни и остались в прошлом, прямо сейчас, в этот момент кровавой истории, это не имело ровным счетом никакого значения.