Вольный охотник (ТР-2)

Вот только свел его случай с фрайнботенами[1] одного из тайных обществ, которых в Пруссии, да и по всей империи, было великое множество. В отличие от большинства своих «коллег», эти посланники оказались не пустомелями, напускавшими тумана на свою деятельность, а вполне конкретными молодыми людьми, выступающими за отмену сословного разделения общества, равенство и федерализацию государства.

Уже через два дня увлекательнейших бесед с ними, Эрих Фертих попал на первое для себя собрание тайного общества. И там узнал, что связался не с «молодыми пруссаками[2]» и не с замшелыми «фемистами[3]».

Конечно, его привели не к тем, кто все это устроил. Он «всего лишь» попал на собрание низшего звена организации «фермеров» — так они сами себя шутливо называли. Однако и этого было вполне достаточно, чтобы загреметь на каторгу лет на двадцать. Тем не менее Эрих не испытывал ничего, кроме восторга и предвкушения.

Правда, довольно скоро выяснилось, что ни о каких серьезных делах на собраниях не говорили. Лишь хвалились, что готовы на все ради хорошей «вспашки» застоявшейся земли империи и свободы для Великой Пруссии. Болтунами, короче говоря, оказались эти самые «садовники». Но не все.

На одной из встреч к Эриху подошел средних лет господин и сообщил, что давно за ним наблюдает и уже успел составить о нем очень положительное мнение. Также он спросил, не желает ли юноша оставить это сборище пустомель и заняться чем-то действительно серьезным.

Ответив согласием, Эрих покинул собрание, после чего имел долгий разговор с господином, представившимся как Мельник. А после стал выполнять мелкие его поручения, зарабатывая таким образом доверие в глазах своего патрона. За пару месяцев он успел и курьером поработать, доставляя секретные сообщения другим участникам движения. И в роли телохранителя себя попробовать, когда «садовники» устраивали тайную встречу с продажными жандармскими чинами, но опасались предательства с их стороны.

Там молодой человек впервые запятнал свои руки кровью другого. Убил, но не испытывал по этому поводу ни капли сожаления. Проклятый Иуда своим сотрудничеством с Имперской Канцелярией мог притащить к виселице несколько десятков верных членов движения.