Вольный охотник (ТР-2)

— Думаешь, она поехала к Мантайфелям?

— А ты?

София только кивнула и тут же отправилась переодеваться в мужское платье. Ян же велел седлать двух коней. Спустя еще через десять минут Эссены галопом вылетели за ворота поместья и припустили по направлению к городу — граф жил за западной окраиной, тогда как они — на восточной. Около часа езды, и они оказались на развилке двух дорог, одна из которых уходила дальше, в сторону польского Гданьска, а другая сворачивала к побережью, где и располагалось жилище фон Мантайфеля.

Как раз перед ними оттуда съехал извозчик, которого Ян остановил.

— Верно, господин, — сообщил тот. — Молодая девица, от Штумберга замка забирал. К поместью графскому отвез. Вышла у ворот, велела не ждать.

София в сердцах выругалась, кажется, на венгерском. Ян только губы поджал и уточнил.

— Ее встретили?

— Не могу знать, — пожал плечами грузный мужчина. — Велела у ворот оставить и уезжать.

— Дура! — сообщила София, когда извозчик укатил к городу. — А если ее не пустят? Или прогонят? Собак спустят? А?

— Хуже, если наоборот, — не очень понятно для сестры произнес Ян.

— Почему это? Ты что-то знаешь? А чего молчишь?

— Ничего я не знаю. Просто… странно это все. Едем. Граф нас приглашал, так что с точки зрения приличий мы прикрыты. Были на прогулке, потеряли твою компаньонку, ищем.

Лакей у ворот поместья на вопрос о девице, приехавшей на извозчике, сделал оловянные глаза и сообщил, что только что заступил на пост. После просил обождать и унесся в сторону дома с докладом о гостях.

— Его светлость вас примет, господин маркиз, госпожа баронесса. Прошу следовать за мной.

Эссены верхами проехали до подъезда, спешились, передали коней еще одному слуге и ступили на крыльцо. По пути брат с сестрой только раз переглянулись, а после смотрели лишь перед собой. Сообразительная София понимала, что брат чем-то обеспокоен, но на людях уточнять ничего не стала, решив дождаться объяснений.

Ян же по-всякому крутил в голове мысль о том, что все происходящее было слишком странным. Письмо это. Портрет. Извозчик, домчавший Кристель так быстро и оставивший у ворот, не задавая никаких вопросов. Ливрейный[1], наконец! Только заступил он и никого не видел! Как же!

Еще один слуга встретил их у входа и проводил в левое крыло, где в зимнем саду, посреди отчаянно благоухающих растений, названия которых Яну были незнакомы, Эссенов уже ждал глава семейства.