Легион Урфина Джюса (Хроники дуболомов 1)

Однако и эти младшие командиры утруждали себя лишь тем, что пару часов в день проводили строевые занятия с личным составом, ну а далее уже с чистой совестью предавались моральному разложению.

Что характерно, темпы земляных работ по рытью рва вокруг города тоже резко снизились. Та же самая ситуация наблюдалась и на корабельной верфи. Глядя на всё это безобразие, можно было смело утверждать, что в отсутствие начальника ГШ ОАСМ загаситься решил весь город.

С наступлением темномы дуболомы прибыли в прилегающую к городу ивовую рощу, где соединились с пластунами и корягами.

Благодаря во́ронам была произведена рекогносцировка и составлена схема предназначенных для атаки объектов: корабльный пакгауз, где хранились всевозможные снасти (якоря, паруса, вёсла, канаты и тд и тп), верфь, мастерские, сами корабли, смоловарня, казарма, караулка.

Начало операции по старой-доброй традиции было назначено на час после полуночи. Участвовавший в освобождении взвода Ватиса сержант Шед категорически настоял на том, чтобы было выбрано именно это время.

Действовать предлагалось двумя группами. Первая (основная) группа под управлением прапорщика Бревнюка (который к тому же осуществлял общее командование операцией на начальном этапе) состояла из трёх пластунов и взвода Арума.

Второй группой командовал сержант Шед, и в неё помимо рядового Тёхи входили коряги Драной Рожи. Тут стоит сказать, что ещё по прибытии в Замок Людоеда вся ОГДР (отдельная группа дальней разведки) была тщательно просмолена ефрейтором Одлом для лучшей скрытности в ночное время.

Прилетевший ворон доложил прапорщику:

— Всё в поррядке, командирр.

— Пластуны, пошли, — скомандовал Бревнюк.

Ефрейторы Олд и Большой Марк двинулись вперёд. Первый приготовил струну, прихваченную когда-то в пещере Гингемы для нужд диверсантов, а второй, сжимая заряженный арбалет, должен был его прикрывать. Две чёрные тени двигались в сторону пакгауза, где скучал часовой. Кадл, насобачившийся на маршруте ходить по лесу бесшумно, крался как кошка. Марк двинулся в сторону мастерских, отрезая тем самым путь часовому к бегству.