Хроники орка

Это что-то сродни синдрому привратника, когда наделённый самой маленькой властью человек, пытается проецировать её на тех, кто выше его статусом, умнее и богаче, но, по воле случая, на краткий миг зависит от решения этого самого привратника. Но особенно достаётся таким же униженным, как и он сам. Только лакейство куда масштабнее. Нет никого более наглее и, одновременного, трусливее, чем лакей. Услужливее, и обладающего такой скрытой властью. Это заносчивость, в сочетании с максимальным подобострастием. Трусость и, одновременно, бахвальство.

— Пригласите, пожалуйста, гостей, — громко сказал Оул куда-то в сторону.

В шатёр вошёл седой пожилой чернокожий лакей в сопровождении легионеров в покрытых серебром доспехах, которые, в свою очередь, вели двух персон. Одна маленькая фигурка, чьё лицо было скрыто под накинутым на голову и плечи зелёным шёлковым плащом, и великан с надетым на него мешком, прочно обвязанным верёвками. Очевидно, что обо всём этом десница заранее договорился с тем самым императорским лакеем.

— Мой повелитель, спасите меня! — маленькое существо неожиданно бросилось к ногам императора, а зеленый плащ раскрылся, как крылья бабочки.

Легионеры сделали было запоздалое движение, чтобы остановить просителя, но Император жестом остановил их. Полы зеленого плаща опустилась на пол у ног человека в позолоченной кирасе. Кажется, тот, кто был под ним, стоял на коленях.

Император протянул руки и отбросил назад капюшон, скрывавший голову гостя.

— Кто просит о моей защите? — нахмурившись спросил человек.

— Я, мой повелитель! — не поднимая головы патетично воскликнула эльфийка. — Я — графиня Гларос. Та, которой пытались овладеть обманом. Я прошу у вас защиты от несправедливых посягательств герцога Тауруса.

— Долг императора — защищать всех своих подданных: герцогов, графов, простых рыцарей и крестьян, — вживаясь в роль, веско ответил Император.

— Вот доказательства! — эльфийка выбросила руку из-под плаща и полуобернулась назад, указывая на того, кто был спрятан в мешок.

По знаку Императора, легионеры разрезали путы и стащили холщовую ткань с внушительного торса. Под ним оказался зелёнокожий орк с горящими жёлтыми глазами и спутанными волосами, падающими на широкое скуластое лицо.