Забытые-2: Тишина взаймы

Даже паразиты нежить не чувствуют.

Я снова кивнула и послушно полезла по скату к вертуну.

– Верна? – окликнул Силен. – Ты же не сердишься?

– Наставители бывшими не бывают, – отозвалась я сдержанно, а про себя ухмыльнулась. Это так забавно – когда в нём сцеплялись наставитель и ухажёр, и один требовательно поучал, а второй боялся обидеть резким словом... – Дед предупреждал, что ты будешь гонять меня палкой по кругу в любом возрасте, покуда мы живы. Нет, не обижаюсь.

– Но запомнишь? – он фыркнул. – Ладно. Шустрей.

Кстати, что ты здесь делаешь?

– А ты? – я спрыгнула на заснеженную крышу перехода. – А ничего, что мы говорим?

– Этим я тоже надеюсь привлечь внимание, – Силен повысил голос. – Мне нужен твой зимник.

– Что?.. – я едва не соскользнула с козырька крыши. – Зачем?

– Вы были в Сердце, – искрящий ухитрялся наблюдать и за мной, и за городом. – Твоя мама теперь просматривает твою память по десять раз на дню. И вчера нашла очень интересный набросок карты на коже твоего зимника.

– Он не мой, – огрызнулась я.

– Мне его навязывают со всех сторон. Это карта из пределов Забытых. Восточная гряда.

– Неплохо, – улыбнулся Силен. – И отсутствие памяти, так?

– Снежная стена, – подтвердила я и осторожно заскользила по карнизу вперёд, к крыше следующего дома. – В крови – зимнее молчание. Ни одного образа из прошлого. А они должны быть. Я так себя вспоминала. И из памяти этих, любителей Забытых, тоже многое вытащила. А у Зима – ничего.

– Интересно, – согласился искрящий. – Где он сейчас?

– Не знаю, – я пожала плечами.

– Вчера... то есть уже позавчера вечером мы расстались в Гостевом, и с тех пор Вёртка его ищет.

– Если к утру не притащит, то я найду, – Силен перемахнул с крыши на крышу, и за его плечами на мгновение подвижными потоками ветров мелькнули искры.

И до этого я тоже ещё не доросла, да. Я перекинула через проулок пару верёвок, пожалела об отсутствии Вёртки, ступила на мостик, но дошла лишь до середины. Ночь взвизгнула, треснула и вновь лопнула.

Острые чёрные осколки вмиг искромсали верёвки, и я рухнула вниз. Но уже в полёте от страха привычно и исступлённо полыхнула.

Защитные искры и рыхлый сугроб смягчили падение, но дух из меня всё равно вышибло. Я задохнулась от боли и даже о нежити забыла. Однако ночь, глухо звякнув, замерла, на меня никто не напал, и вспышек от Силена не последовало.

Я села и тряхнула головой. Плечо побаливает – легко отделалась...

– Верна! – раздалось сверху озабоченное.