Ярлинги поневоле

Этого хватит, чтобы быстро закончить поединок и не привлечь внимания окружающих.

— Но, дядька Ижек, — удивлённо посмотрел на мага Яромир, — это же получается жульничество!

— Это получается, — перебил его тир, — военная хитрость и вынужденная мера при способностях некоторых толком необученных и недалёких разумом героев влипать в неприятности. Выпьешь, значит, перед выходом на улицу, да так, чтоб никто не видел. Пообщайся с этим баронетом, позли его, у тебя вроде это неплохо получается. А, как почувствуешь в себе изменения, продырявь этого задаваку и тогда уже возвращайся нормально поужинать.

— Что-то мне всё равно это не очень нравится, — почесал лоб Ярик, — не честно как-то его так убивать.

— А мне не понравится, — рыкнул капитан, слегка пристукнув кулаком по столу, — если тебя, Яр, сейчас на ровном месте прибьют, и на этом твоё путешествие закончится! А баронета убивать тебя никто не заставляет. Ткнёшь ему мечом в печень, да и хватит с него. А Михо его потом подлечит. Или вон сестра, значит, пусть на нём потренируется.

Ярик вздохнул, распечатал пузырёк, вылил его содержимое себе в рот и, поморщившись, поспешил запить эту, как всегда оказавшуюся невыносимо противной, гадость фруктовым взваром.

— Я готов, — сказал он, поднимаясь из-за стола.

Двор, куда они вышли всей компанией, неожиданно оказался переполнен людьми. Народ, пришедший поглазеть на поединок, жался по краям уже не казавшейся такой обширной территории, освободив лишь её середину. Там, окружённый своей свитой, Ярика поджидал разминающийся баронет.

— Что-то ты не очень спешишь, горец! — крикнул он.

— Зато ты, я смотрю, сильно торопишься, — ухмыльнулся юноша. — Думаешь, тебя уже заждались на том свете? Так ничего, не долго им по тебе скучать осталось.

— Ну, давай, заколи меня своей кривой иголкой! — вновь захохотал баронет, размахивая мечом, совсем чуть-чуть уступающим по размерам клинку капитана.

— Чтоб поставить на место такого заносчивого ублюдка, как ты, мне и иголки хватит. — Ярик, поведя плечами и взмахнув пару раз руками, вынул из ножен свой меч. Покрутил им, разминая запястье.

— Ах, какая страшная у тебя штуковина! Как страшно ты ею размахиваешь! — разразился очередной волной хохота Клокаш.