Ярлинги поневоле

— Ярик даже замер, удивлённый неожиданной откровенностью капитана, а тот, хмыкнув, продолжил: — А вот ежели из-за вас старина Ижек пострадает, мне дюже, значит, досадно будет. Не для того мы столько лет друг другу шкуры спасали, чтоб он по глупости в чужом краю голову сложил. А твоя бесполезность и беспомощность в бою, коли что, прямой тому причиной может быть. Так что вставай в стойку, юнец, да учись хорошенько, чтоб если и не спину, так хоть бок мне прикрыть мог. Я и так в раздумьях, правильно ли сделал, бросив всё, чему все последние годы и силы отдавал.

— Вот это ты резанул правду-матку, — изумлённо выдавил из себя парень. — Ну спасибо за честность.

— А ты думал, я к тебе отеческой любовью на ровном месте воспылал? — тир вопросительно поднял бровь, отчего стал похож на филина. — Или, думаешь, Ижек с вами по той же причине и ради вашего возвращения домой через полмира попёрся? Ты что, вправду такой наивный?

— Да, похоже, так и есть, — окончательно смутился Ярик.

— Во-первых, жизнь свою спасает. Звено Теней, по твою душу направленное, — это немалый повод за неё испугаться. Даже зная о них, нельзя быть уверенным, что сможешь справиться с этими истребителями магов. — Уперев левую руку в бок, воин нависал над обескураженным парнем, словно скала, и, казалось, стал ещё выше и крупнее. Или это сам Яромир скукожился от смущения и растерянности?

— Во-вторых, зная его страсть к разным исследованиям и интерес к другим мирам, рискну предположить, что сильно любопытно ему узнать побольше и о самих мирах, и о возможности скакать между ними.

— Не скажу, чтоб это меня сильно обрадовало, — тихо выдал юноша.

— А я и не радовать тебя сюда, значит, пришёл. — Тир снова принял боевую стойку.

Весь следующий час дед в замедленном темпе показывал Ярику основные типы ударов и способы защиты от них. Лишь когда из-за холма к ним со словами «вот вы где» вышел потягивающийся и зевающий мэтр Бошар, капитан отпустил напрочь замученного парня, отправив его умываться и завтракать.

И теперь в течение нескольких суток неспешного путешествия каждый день юноши начинался с раннего подъёма и упражнений с мечом. И заканчивался ими же.