Охота на охотника

За семь лет, прошедших с того времени, как он узнал, что обладает способностями охотника, Аксель имел достаточно возможностей убедиться, что его странный дар – не такая уж надежная штука и часто дает сбои. Размышляя о сути своего сверхъестественного чутья, молодой охотник определил правила, по которым, ему казалось, он работает. Уничтожив десятки одержимых, он пришел к удивившему его самого выводу, что он чувствует вовсе не одержимых, не сами эти странные сущности, которые по непонятной причине появляются в горожанах.

Спустя годы Аксель понял (и это подтверждалось наблюдениями других охотников), что он чувствует страдания, ауру боли и мучений, которая сопровождает каждого одержимого. Именно поэтому охота бывала успешной только после того, как тварь, вселившаяся в человека, совершит свое первое убийство. Эта теория подтверждалась и другими фактами, например, никто из охотников почти никогда не посещал площадь зрелищ и увеселений, на которой происходили публичные казни – просто потому, что всем им казалось, будто где-то рядом находится объект их охоты. Именно поэтому им столь трудно было работать в Чумном районе – одной из тех заброшенных частей города, где почти не бывало обычных людей, но, тем не менее, время от времени появлялись одержимые. Именно поэтому история знает несколько случаев, когда охотники убивали обычных серийных убийц, не являвшихся одержимыми в классическом понимании термина, но имеющих на своем счету большое количество жертв. Странно, что возле обычных больниц ощущения близкой беды не возникало. Может быть, оттого, что помимо страданий пациенты испытывали надежду… Но не так было в случае с домами призрения. Впервые Аксель обратил внимание на эту несообразность несколько лет назад, в то время, когда он еще считался учеником охотника и выходил на промысел со своей наставницей, гра Монссон. Тогда во время поисков очередного одержимого Акселю показалось, что ему удалось что-то почувствовать, и он уверенно направился к большому мрачному четырёхэтажному особняку, окруженному садом. Ида тогда остановила его и объяснила, что здание это – дом для умалишенных и что одержимых там нет, а то, что он чувствует – просто сбой способностей охотника, характерный для этого места. Тогда Аксель удовлетворился объяснениями и надолго забыл об этом месте. Он и теперь не вспомнил бы о том случае, если бы, случайно оказавшись возле клиники, не почувствовал, что неприятные ощущения от соседства с учреждением стали гораздо более выраженными.