Чума теней

Он видел войну, он двенадцать лет провёл на дороге поединков, охотясь за народом Теней. И ни разу ни одному бойцу не получилось его обезоружить. За исключением ставшего легендой боя за королевское знамя, но, во-первых, тогда ему едва исполнилось двадцать лет, зелёный совсем, а во-вторых, ратное поле всё равно осталось за Олэ, а здесь...

Не дав времени охотнику опомниться, Воин Чести довершил его позор ударом навершия по голове. Затем отскок — сближение с фронтальным пинком — и посрамлённый Меченосец опять падает в воду.

Стражники и арбалетчики, свободные от оказания помощи раненым, бросились вытаскивать из озера Меченосца теперь уже без меча, и заковывать в кандалы.

Воин Чести подобрал клинок Олэ и сорвавшиеся с перевязи в пылу боя ножны.

— А я вначале думал, старина Найрус перепутал, простительный для книжника грех, клинки. Или гонец неточно запомнил. Но нет... Силы Света! Какой извращённый разум сподобился приспособить под такое мерзкое дело такой благородный меч! Сколько же на тебя невинной крови повесило это чудовище? Как же противно тебе было находиться в его руках, как ты ждал бойца, который освободит от гнусного рабства.

Воин вложил меч в ножны и быстро посчитал зарубки.

— Ого, а вовремя я тебя остановил. Ещё две зарубки и тебе бы, если легенды об охотниках не врут, открылось...

Воин не закончил фразы и для тех, кто не слышал этой легенды, осталось загадкой, что же открывается таким, как Олэ, после пятидесяти убитых из народа Теней.

Руки воина затряслись. Словно каждая зарубка обернулась одним из покойных знакомых.

— Покойся с миром, благородный клинок — нет храма, где с тебя смоют такие страшные грехи! Пропадите навеки, проклятые ножны, счетовод преступлений этого чудовища!

Олэ застонал, как отец, на глазах которого убивают любимое дитя, когда его клинок полетел в озеро.

А затем Воин Чести повернулся к детям и снял шлем.

Блич и Фейли уже узнали его голос, но всё равно не осмеливались верить, что это именно тот, о ком они подумали. Дети очень боялись ошибиться.

— Дядя Гулле!!! — хором то ли прокричали, то ли всхлипнули Блич и Фейли.

— А то кто ж! — добродушно засмеялся победитель Олэ Меченосца. — Разве есть ещё один Воин Чести на белом свете?

Казалось немыслимым, что этот светловолосый мужчина с доброй улыбкой только что убил столько людей. Но это было так. Народ Теней не умеет по-настоящему ненавидеть. Ответить ненавистью на ненависть в пылу боя, конфликта — да.