Наёмник

Показывай уже, куда править?

Последний вопрос он адресовал Аркону.

Глава девятая

Не знаю точно, что стало с нашими преследователями. Возможно, все они погибли, а их корабли пошли ко дну. Допускаю, что кто-то выжил, но получил повреждения, сбился с курса и теперь дрейфует в Океане. Изредка мы видели паруса на горизонте, но они были слишком далеко, чтобы суметь различить принадлежность. Впрочем, корабли в этих водах редкость, вряд ли найдётся много отчаянных путешественников, которые решатся заплыть так далеко.

Нас никто не беспокоил, а Фостер, ставший новым капитаном вместо погибшего(?) Фернандо справлялся со своими новыми обязанностями ничуть не хуже своего предшественника. Море оставалось спокойным, надо полагать, морского царя мы умиротворили, а он взамен сделал нам такой подарок.

Я уточнил у Иерофанта, зачем водяному понадобилась его плоть?

— Сложно объяснить, — ответил он, разглядывая искалеченную руку. — сама плоть ему ни к чему, дело в другом. Теперь море знает меня. Я как бы сбросил туда не палец, а своё имя, свою жизнь и вообще…

— ДНК, — сказал я с усмешкой.

— Не понял, — честно признался он.

— Помнишь, я рассказывал тебе, что в моём мире нет магии, зато очень развита наука?

— Помню. И у вас тоже запоминают человека по крови?

— Кровь, слюна, кожа, да что угодно. Всё это содержит то, что мы называем генетическим материалом. Никакой мистики, заметь, но если взять у человека такой материал и изучить его, то потом можно безошибочно определить, что этот человек был в таком-то месте, нужно только найти его кровь слюну или что-то ещё.

— И всё без магии? — с сомнением произнёс он.

— Абсолютно, просто разглядывают каждую частицу крови под большим увеличением, а в каждой её частице находится код. Непонятно? Значки, которые можно читать, как буквы. И у каждого человека такие буквы отличаются от других.

— А что ещё может ваша наука? — Иерофант был впечатлён.

— Много чего, — я посмотрел вокруг. — Корабль, который движется без парусов и вёсел. Сзади у него есть винт, вот такой, он вращается и сообщает судну движение.

Я нарисовал пальцем на доске очертания гребного винта.

— А кто его крутит?

— Механизм, — с гордостью ответил я, словно сам всё это изобрёл. — В маленькой камере сгорает земляное масло, его дым расширяется и выталкивает поршень, а тот вращает механизм.