Сломанный мир

Конечно, я выбиваюсь из общих правил, — продолжает настаивать Клеа.

— Хорошо, докажи, — решаю вывести ее на чистую воду.

Глаза девушки хитро сверкают.

— А разве ты не чувствовал искр между нами вчера? — спрашивает она вкрадчиво.

Мне начинает казаться, что Клеа доставляет удовольствие глумиться над Лили, а из-за двусмысленности фразы, последняя точно нафантазирует что-то, чего и близко не было. Но с буйством девичьих чувств разберусь позже. Куда важнее то, чему я так и не смог найти объяснения. Выходит, разряд энергии почувствовал не только я?

По коже пробегают мурашки.

Неужели, она и правда феникс? Нет, не поверю, пока сам не увижу!

— Докажи, — повторяю я твердо. — Покажи мне свое пламя.

Клеа вздыхает и лениво вытягивает перед собой руку. Не торопясь, она отворачивает рукав к локтю, а затем долго презрительно смотрит на меня.

— И это все? — интересуюсь скептически.

Она опускает веки, и на раскрытой ладони загорается небольшой огненный сгусток. От волнения в груди все замирает, и отклик моей собственной силы ощущается еще отчетливей, когда рыжие языки пламени подобно крошечным змейкам обвивают запястье девушки и поднимаются выше к локтю.

Я открываю рот и чувствую, как челюсть самопроизвольно опускается. Да как такое возможно?!

В изумлении смотрю на Томаса — я чего-то не знаю о фениксах? Но тот наблюдает за пламенным танцем в руке Клеа с не меньшим удивлением.

— Но Алан прав, это невозможно! — выпаливает он с непониманием. — Все, что он перечислил.

.. Ты действительно феникс?

— Продемонстрировать мои крылья и полет, чтобы вы смогли убедиться? — спрашивает девушка, мгновенно укрощая огонь в своей ладони. Пламя гаснет, но в зеленых радужках еще пару секунд мелькают рыжие блики. — Портал открывать точно не буду, они сложно мне даются. Прошлый я даже закрыть толком не смогла, поэтому литарда и попала в этот мир следом. Так что, отчасти я ответственна за охоту на вас.

Она не извиняется, лишь виновато отводит глаза в сторону, но мне не особо важно, кто впустил литарду в наш мир.

Уже в который раз я чувствую себя обманутым. Волчица, девушка, феникс — это «три в одном» с трудом укладывается в моей голове, но отрицать существование способностей Клеа я больше не могу.

— Почему вчера огонь не показала? — спрашиваю у нее, с трудом мирясь с происходящим.

— Так ведь ты сам просил не настаивать на том, что я феникс. Я и не настаивала, — вновь равнодушно пожимает плечами девушка.