Сломанный мир

— Привет, — обращается к ней парень и дружелюбно спрашивает: — Не рано тебе читать такие книжки?

Девочка не отвечает, продолжая рассматривать незваного гостя. Алан тоже внимательно всматривается в ее симпатичное круглое личико.

— А ты... — неуверенно произносит он и тянется к ней.

— Не трогай ее! — раздается истеричный вопль со стороны крыльца, причем так неожиданно, что я вздрагиваю, а парень так и застывает с поднятой рукой.

— Летти, живо сюда! — решительно продолжает распоряжаться светловолосая дама, к которой теперь прикован мой растерянный взгляд.

Лицо ее красное от ярости, но, кажется, она не столько зла, сколько сильно напугана.

Девочка ловко соскальзывает с сиденья качели, и, минуя Алана, послушно бежит к крыльцу, обеими ручками бережно прижимая к груди толстую книгу. Женщина сразу же отправляет малышку в дом, и как только та скрывается за дверью, впивается в парня холодными серыми глазами.

— Почему не предупредил, что приедешь? — дрожащим от напряжения голосом спрашивает она.

— По-твоему, так нужно встречать сына после долгой разлуки? — в тон ее взгляду отзывается Алан, неторопливо возвращаясь ко мне. — Сама же звала. Так почему не рада?

Так это и есть его мать? Неосознанно я начинаю искать сходства между ними. Вот только кроме цвета глаз, роста и нелюбезного настроя больше ничего общего не нахожу.

Женщина в самом деле высокая, возможно совсем чуть-чуть ниже парня. Светлые волосы убраны наверх в несложную прическу, сама она облачена в мрачное темно-синее платье, подчеркивающее достоинства фигуры, но совершенно непохожее на те, которыми забит шкаф Лили.

Его длинная юбка выглядит еще более тесной чем у того, которое я надевала в доме Линделов, но расширяется к низу, узкие рукава плотно закрывают руки, а высокий ворот поднят к самому горлу. В целом, даже без сурового выражения на лице, мама Алана напоминает мне строго надзирателя, любая оплошность или нарушение правил которого не сулят ничего хорошего.

— Нужно было сообщить мне, — не отреагировав на укол в свою сторону, осуждающе произносит она, не отрывая взгляда от сына.

Алан останавливается в шаге от меня и поднимает голову.

— И что бы изменилось? — смотрит он прямо на нее. — Скрывала бы дальше, что у меня есть сестра?

Лицо женщины становится бледным как простыня. Похоже, Алан если и не попал в точку, то явно был к ней очень близок.

— Недолго же ты горевала по любимому мужу, — продолжает он говорить свысока.