Легенда о Лазаре 1. Маленький изобретатель

Вот только этого района Талитейма боялись не то, что простые горожане, но даже городские стражники. Дед нынешнего кагана был тем, кто дал худшему месту в стране такое имя.

“Если мой город – небесное царство, - сказал он тогда, - тогда это – чертоги дьявола”.

Несмотря на то, что в Чертогах происходило девять из десяти преступлений в Талитейме, никто не спешил с ними разбираться. И точно не из-за страха, каган обладал властью стереть неблагополучный район с лица земли за пару суток. Причина была куда прозаичнее: Чертоги сами по себе были самой большой тюрьмой страны.

Двадцатиметровые стены, сотни людей, ведущих круглосуточное наблюдение, а главное – невероятный по силе купол подавления магии, раскинутый над всем районом. Выбраться из Чертогов, раз туда попав, было невозможно, кем бы ты ни был и как бы силен и известен не был снаружи.

Люди рождались здесь, жили и умирали, почти все – сильно раньше срока. Талитейму и всем, живущим за стенами Чертогов, было абсолютно плевать на тех, кто существовал внутри.

Здесь правил закон джунглей, беспощадный и жестокий, здесь, в мире без магии, было важно лишь то, как крепко ты держишь меч, булаву, кинжал…

Здесь появлялись и пропадали в небытии целые преступные кланы, чьи главы часто жили лучше многих аристократов, и здесь же жили люди, ни разу за свою жизнь не видевшие целой и чистой одежды и не евшие свежей еды. Чертоги были миром контраста, абсолютного, почти абсурдного в своей строгости. Ты или тебя. Вверх или вниз. Жизнь или смерть. Поистине, страшное место.

И сейчас по одной из улиц Чертогов шли две фигуры: низкая и высокая. Первой была маленькая девочка лет четырёх-пяти, в аккуратном, избавленном от всех украшений платье. Глубокий капюшон прятал лицо, но различить, как трясутся её губы было несложно: девочка явно очень боялась.

Мужчина был широкоплеч и мускулист, по сравнению со своей маленькой спутницей выглядя настоящей громадой. Длинные чёрные волосы спадали на плечи, сливаясь с меховой оторочкой кроваво-красного плаща, под которым легко угадывались очертания брони.

На руках стальные перчатки, на поясе недлинный клинок, на груди эмблема вставшего на дыбы дракона. Лицо его было серьёзным и почти неподвижным, а жёсткий блеск в черных глазах, казалось, мог заглянуть в самую душу.

- Папа… зачем мы здесь? Мне страшно! - на выглядывающих из-под капюшона щёчках показались капельки влаги.

- Не плакать! - голос мужчины был таким же резким, как и его лицо. - Все твои занятия ни к чему не приводят.