Кайрин: Чёрная дюжина

Но они прибавляли мне сил и заполняли пустоту в моей душе. Небо посветлело, появились оттенки синего, выглянул кончик ночного светила. Уна неторопливо скинула чёрное покрывало и явила себя полностью.

Её голубое мерцание легло на землю и высветило участок в пару шагов рядом со мной. Тени испугались сапфирового сияния и отпрянули. Подул ветерок, нежно касаясь кожи. Захотелось поклониться в благодарность ночной красавице, и я пожелал ей сиять до конца мира.

Я развернулся вправо. Там отсутствовала дорога, лишь чернели ветки кустов, свет Уны брезгливо огибал их.

Откуда-то я знал, что эти дороги дают мне выбрать то направление, которым я пойду по жизни. А ошибка приведёт к потере всего, а главное – меня самого.

Я не хотел закончить свои дни в одиночестве, в беспросветном отчаянии. Поэтому решительно ринулся в гущу зарослей. Колючие ветви царапали кожу, больно обдирая её, зрение почти отказало, виднелись лишь чёрно-белые пятна. Льдистая тьма окружала, пыталась поглотить.

Ориентировался я только по уютному чувству в груди.

Золотой лучик проблеском скользнул по лицу, я ощутил тепло и зацепился за него, как за проводника в царстве мёртвых. Шёл вслед за ним, а он игриво убегал, замирал и ждал.

Прошёл сквозь кусты – в борьбу вступили деревья. Они цеплялись за меня, замедляли, выпивали силы и желание шевелиться. Я упирался и двигался вперёд. Нагнулся, приложил остатки сил для того, чтобы выпутаться из ветвей, собрался и сделал рывок к терпеливо ждущему лучу. Есть. Я догнал его!

Поток света расширился и осветил тропу, влился внутрь неё, обратился золотым ореолом, озарил светлыми всполохами дорогу.

Небо ещё темнело, но Уна уходила за горизонт. Занимался рассвет.

Я сделал ещё шаг и наконец-то встал на золотую тропу. Ощутил тепло, исходящее от самых недр земли, оно прошло приятной вибрацией по стопам и растеклось по телу. Ласковый ветер трепал волосы, словно приветствуя. Как хорошо! Так бывает?

Детский восторг и радость охватили меня. Я поддался неожиданному порыву: дал себе волю и помчался навстречу рассвету.

Ветер дул параллельно движению, чуть задевая и дразня, словно играл в догонялки, поддаваясь: «Ладно, так уж и быть, сегодня дам тебе, слабому человечку, выиграть. Но только сегодня...»

Дыхание не сбивалось, я бежал легко, будто было не впервой гоняться на равных с ветром. Потоки воздуха уплотнились, и я с удовольствием разрезал их телом, ловя приятное сопротивление. Донёсся аромат растущих вдоль тропинки цветов, я остановился.