Черные руны судьбы

но вряд ли кто будет ждать столько, чтобы подготовить месть.

Неужели он успел насолить кому-то за два дня?

Их рота, «Стальные лисы», выгрузилась с кораблей вчера утром, и завтра они сушей двинутся на север. Герцог Фавильский раскошелился на наемников, то ли ждет нападения, то ли сам собрался пощупать соседей за задницы.

Когда сходили на берег, над Халльвардом закружилась огромная птица, даже насрала на плечо. Зеваки с берега еще завопили «мраморный баклан! мраморный баклан!», а Большой Рилд обиделся и схватился за меч.

Нет, не в этом дело... никого не убили, даже не ранили, и птица улетела.

На постоялом дворе «Черный клевер», куда Халльварда и его десяток определил капитан, они вели себя смирно. Служанок щупали тихо, пили мало, ничего не ломали, пара табуреток и рука того дурака-мастерового, что слишком много говорил - не в счет.

Тогда что, сегодня на ярмарке?

Туда явились, как положено, без оружия, Рилд отправился поднимать тяжести, Дастин и Бирцэ пошли к стрелкам. Халльвард двинулся туда, где горожане попроще состязались в бое на дубинках.

Он пил пиво, подмигивал девчонкам, выходил на поединки.

Ничего необычного, разве что поглядеть на финальную схватку приперся городской голова Сивара и при нем местный маг. Запомнился его пристальный взгляд, хищный, звериный, точно у хорька, песца или ласки.

Халльвард выиграл, награду в пять гульденов они пропили.

Затем отправились гулять кто куда, и к вечеру, когда настала пора возвращаться на постоялый двор, Халльвард оказался один.

Да, не поздно сделать это и сейчас.

Отвернувшись к стене, он продолжал перебирать события последних двух дней. По-прежнему не находил того, что могло стать поводом для появления на его дороге двух головорезов с ножами.

Выходило, что им заплатил кто-то не из Сивара, кто-то обиженный давно.

Халльвард по прозвищу Нож родился около тридцати лет назад в обозе роты наемников. Мать-маркитантка умерла, когда он был голопузым мальчишкой, а он так и остался при «Стальных лисах».

Сначала бегал на подхвате, потом взял в руки меч и быстро выучился им владеть. К пятнадцати годам освоил все оружие, что имелось в роте, от двуручника до метательных ножей.

И с тех пор воевал, воевал и воевал.

Само собой, убил многих, стольких, что десяток мудрецов не сосчитает, в том числе и богатых, и знатных. Похоже, родичи одного из погибших обиделись, решили отомстить наемнику...