"Боевые"

Встречала рассвет верхом на русалке, тепло камня меня удивляет.

Захотелось нырнуть - вдруг внизу я увижу и её лицо.

Из воды я выскочила в ужасе, мне показалось, что каменные волосы шевелятся, да там видится голова, только лицо закрыто локтями и эти ужасные волосы, брр.

Никогда больше не буду загорать на ней, не так - к ней не поплыву не за какие коврижки.

Пробрало меня, будь здоров.

Надо бы историей академии поинтересоваться, откуда здесь такие таинственные статуи.

Хотя нет, я точно не хочу знать ничего о ней, но ребятам, наверное, расскажу.

Удивлю их.

Тия увидев меня на завтраке поинтересовалась, - Ты где с утра пропадала?

Уже попивая чаек начала вещать загробным голосом – Ходила в гости к сирене.

- Куда?

- На озеро, я больше к той русалке не ногой, знаешь, сколько нервных клеток с утра потеряла, - пересказала свои ощущения.

- Что, правда напугалась? – серьезно интересуются драконы.

- Серьезно.

- Обязательно посмотрю, что мою бесстрашную сестру могло напугать, прямо сегодня.

- Может не стоит, - заволновалась я.

- Да ладно, я же только гляну, интересно, но я без фанатизма.

- Тогда я буду вас на берегу ждать, - сердце екнуло, вот боюсь, ничего с собой поделать не могу.

- Тия серьезно уже смотрит, - Аля ты чего, это же простой камень, сколько на нем адептов сидело, загорало, ничего же не случилось до сих пор.

- Раз в жизни и палка стреляет, - получается почему-то с огорчением из себя выдавить.

- Ладно, ты нас так заинтриговала, отправляемся прямо сейчас, - шлепает по столу ладонью Виоталий.

Диоген поддерживает его.

Под их напором я сдаюсь, - тогда переходом?

- С удовольствием, но дай нам хоть плавки одеть.

Ржем, с них станется и с голой попой плавать, я-то не ханжа, но боюсь, Тия непривычна к нудистам как таковым и костюмам в стиле (как кому нравится) «ню» или «даунлесс».

На берегу я осталась с Тией и Диогеном, отойдя как можно дальше, они же почти у воды расселись.

Трое оболтусов с гиканьем, подскоками помчались в воду.

Глава 3

От каждого взмаха рук, бугрящихся при этом мышц, их приближению к конечной цели, мое сердце начинало то замирать, то подниматься комом к горлу, до тошноты.

Наконец они добрались, помахав мне рукой, одновременно нырнули.

А мне захотелось внезапно заорать, задержать миг до нырка.

В голове расцвел красный цветок боли.