Я - обычный

 

- Как ты думаешь? -  Игриво поинтересовалась девушка, - Чем там сейчас Николай с Машей занимаются? 

- Как чем? -  Даже удивился я. – Что могут делать два нормальных половозрелых человека, причем пола-то различного, находясь в одном помещении, а точнее на кухне? Конечно же, варят обед!

Снился мне странный сон. Будто я это и будто не я вовсе, а кто-то другой в моем теле. Жить дает, да посмотреть, что вокруг делается, а в остальном ни-ни. Сиди, мол, Костик, и не высовывайся, если жить хочешь, а я пока тебя, как пиджак буду использовать.

Обещаю не пачкать, не рвать и возможно верну, но далеко не факт. Просыпался я тоже тяжело, как будто выныривал из омута. Стараюсь наверх, к свету, к воздуху прорваться, а тяжело. Давит на грудь, так что ребра трещат, да в глазах круги. 

Из тревожного сна выдернул меня задорный женский смех. Это Маша, шествуя мимо под руку с Николаем, вдруг рассмеялась, будто пригоршня маленьких стеклянных колокольчиков задергалась на бечеве. Увидев, что я проснулся, парочка постаралась как можно быстрее удалиться, но не тут-то было.

 

- Что на обед? – Недовольно поинтересовался я, открыв один глаз, а сам-то рад радешенек, что из тревожного забытья вырвался. 

- Суп из шампиньонов, - начала в смущении перечислять Маша. – Картофельное пюре и килька в томате на второе. 

- Достаточно. – Я сел на кровать и потер руками глаза. – Нога у тебя, смотрю, совсем уж скоро пройдет. Это хорошо. Будем тебя к другим делам привлекать. 

- Это решительно невозможно, - взвился Николай, встав на защиту своей подруги.

– Маша - удивительный кулинар. Буквально из ничего может королевский обед приготовить! Нельзя её от кухни отлучать, потом есть не сможем. 

- Значит так, герой-любовник. – Я встал и, накинув рубашку, придал своему лицу как можно более суровое выражение. – Дела ваши амурные мне по боку, но если еще раз будете ржать в помещении, где люди отдыхают, неделю у меня будете в собачью вахту стоять. Теперь кыш отсюда, и чтобы до обеда никого больше не видел.

 

Парочка, делая большие глаза, в панике убралась вон из комнаты, а я открыл окно и, нашарив в нагрудном кармане пачку сигарет, закурил. 

Есть хотелось до невозможности. Не знаю уж, чем был вызван мой волчий аппетит, утренними ли переживаниями или чем-то еще, но за кусок колбасы готов был морду набить и с этими мыслями принялся одеваться. 

- Здравствуйте, господин капитан, - я расплылся в улыбке и щелкнул каблуками.