Я - обычный

– Алкоголь в данной ситуации как успокоительное. 

- Всем страшно, - попытался успокоить ее я. – Небось, такое не каждый день творится. 

- Да ты не понял, не за себя страшно. – Женя моргнула и принялась тереть рукой глаз. – За всех страшно. За родителей, за детей, за будущее страшно. Что мы будем делать, если завязнем здесь навсегда? Это же склеп, большой каменный саркофаг. Осталось только крышку сверху положить. 

- А сколько предметов искусства погибнет? -  Напомнил я. – Сколько книг, картин, репродукций сгинет в огне из-за замкнувшейся старой проводки, за которой некому приглядывать? Сколько архивных хранилищ затопит прорвавшаяся канализация? 

- Ну, что же, - вздохнула Женя и взяла меня под локоть, - это артефакты старого мира.

- Исход? – Хмыкнул я. – Интересная теория. Никогда об этом не задумывался. 

- А я думала, - оживилась девушка. – Пока сидела в квартире все не могла из головы выбросить.

- То есть, мы, по твоим соображениям - равнодушные слабые трусы? – Обняв Женю за плечи, и по-братски звонко чмокнул её в макушку. – Шла бы ты спать, философ. 

- А как же дежурство? -  Вдруг вспомнила моя собеседница. 

- Я за тебя отдежурю, - кивнул я в темноту. – Сейчас еще пол часа застолья и тушим огни.

- Как знаешь, - отделившись от меня, неуверенной походкой, порядком захмелевшая философ и амазонка направилась к двери, а я вновь принялся смолить свою табачную отраву. 

Вечер свиданий прямо, мелькнуло у меня в голове, когда через пару минут дверь вновь распахнулась, и на пороге появилась Маша. Чуть прихрамывая, опираясь на самодельную трость, которую ей смастерил кто-то из парней она остановилась рядом со мной. 

- О чем говорили? – Поинтересовалась она тихо.

- О будущем. 

- И какое оно, это будущее, по-твоему? 

- Разное оно. Для кого светлое, для кого безрадостное, но не тут и не сейчас. 

- Дай закурить. 

- Ты куришь? – Я вопросительно поднял бровь, но пачку протянул. 

- Думала бросила, - Маша достала из пачки сигарету. – Вот теперь не уверена, да и к чему? 

- Здоровье беречь. – Улыбнулся я. 

Дальше разговор пошел абсолютно по тому же руслу.