Мир в огне

Император Дайв хранил закон мирской – но нет больше с нами его, пал он, защищая патриарха. Смута пришла на наши земли. В столице Чистые собрали Собор, чтобы угрозой меча заставить выбрать патриархом дитя Ночи, но отцы Церкви присягали Единому, а не Тьме. Потому даже огнём и железом не заставили их предать веру и душу, потому все пастыри Божьи, кто был в Турнейге, умерли смертью мучеников, но с именем Единого на устах. И пришёл к нам вестник этой смуты, – гневный взгляд священника и указующий перст уткнулись в барона Киркхоупа, а толпа зарокотала глухой яростью.

– И как Пророков приходил искушать сам Шэт, требуя забыть слово Божье в обмен на золото, так и вот он пришёл искушать нас выступить на стороне отступников, обещая все сокровища земные.

Едва отец Маркас закончил, граф Ланкарти вдруг достал из ножен меч и заговорил:

– Брат пошёл на брата. Поэтому не вправе я кому-то приказывать. В монастыре Сберегающих укрылся новый император Харелт. Клянусь своим мечом, что пока я жив – не оступлюсь, а до последней капли крови буду сражаться за императора Харелта и Святую Церковь! И пусть каждый решит, пойдёт ли он за мной до конца – или останется дома.

Толпа в ответ взревела: «Император Харелт! Смерть отступникам! Смерть Чистым! Вера и Империя» Ислуин, стоявший вместе с домочадцами графа чуть в стороне от крыльца и от толпы, бросил на жену графа восхищённый взгляд. Сам он вряд ли сумел бы провернуть лучше. Тем временем толпа шумела всё сильнее, всё громче раздавались крики не только спешить на помощь, но и вздёрнуть посланца мятежников.

Киркхоуп побелел от страха. Граф снова поднял руку, призывая к тишине.

– Не должно нам уподобляться отступникам, нарушая законы мирские и Божьи. Этот человек, – граф вытолкнул вперёд отступившего было к двери барона, – заслуживает смерти. Но он – посланник. И хотя отринул Единого, всё равно находится под защитой законов Его. Пусть едет обратно и передаст отступникам: трепещите!

Толпа снова взревела, теперь одобрительно. Графиня бросила на Ислуина обеспокоенный взгляд: муж у неё хороший воин и крепкий хозяин, но в политике не разбирается совершенно, и обещание отпустить дал необдуманно.

Если посланник мятежников сообщит, что ополчение встало на сторону императора… Ислуин на это успокаивающе ответил взглядом и сделал резкий жест, будто что-то отрезал или наносил удар. Мол, я все понимаю – и никаких обещаний не давал. Едва барон Киркхоуп покинет замок, то бесследно пропадёт в окружающих лесах.