Мир в огне

Несколько раз даже приостанавливал спор и даже отзывал Ислуина в сторону, как бы делая вид, что он-то готов уступить, да вот компаньон несогласен. Наконец магистр дал «случайную» возможность для купца поговорить с «младшим компаньоном» наедине… А дальше сделка полетела как по тому самому маслу, после недолгого совещания магистр сразу же «уговорился». Быстро вызвали нотариуса и жреца Оро, которые закрепили сделку. Ислуин всё это время стоял с выражением скорби на лице, мол, продешевил. Зато когда посторонние склад покинули, ухмыльнулся и спросил хозяина каракки:

– Сколько?

Тот улыбнулся в ответ:

– Один процент наличными за то, что я уговорю сбросить цену на десять процентов.

Ислуин только хмыкнул. Удачно распустив слухи и без фальши вдвоём сыграв спектакль перед покупателями, они и так сумели продать масло на четверть дороже, чем рассчитывали: хозяин каракки почти ничего не потерял. Ну а процент сверху, да ещё наличными…

– Всегда уважал вас, северян. Хватка у вас не хуже нашей, куда там имперским пузанам.

– Благодарю. Куда вы посоветуете мне положить мою долю посредника? И ещё кое-какие мои капиталы. Желательно, чтобы отделения были и в других городах Бадахоса.

– Я бы рекомендовал «Банковский дом Лорка и Фернандес». Ярл Виртанен не зря просил его долю оставить именно там. У этого банка есть отделения в Турнейге, а его векселя свободно принимают и в Империи, и у вас в Суолахти.

– Благодарю.

– Тогда хочу предложить вам вместе со мной пройти завтра до конторы дома «Лорка и Фернандес» в Лангрео, а также предлагаю дать от своего имени рекомендацию.

Протекция купца была отнюдь не лишней, солидные банковские дома всегда отличались осторожностью. Даже с большими деньгами человек со стороны привилегированным вкладчиком стать не мог.

– Благодарю вас и не откажусь.

– Тогда завтра жду вас здесь же утром.

– Я непременно буду.

В гостиницу Ислуин возвращался в превосходном настроении, насвистывая весёлую мелодию.

– Вообще никого?

– Даже близко, – вздохнула девушка. – Или недостаточно жадные – не хватит веры, или слишком глупые – испортят дело на середине.

Все эти дни Лейтис гуляла по городу уже одна, искала такого жадного глупца, который будет готов рискнуть всем ради призрачной надежды мгновенно обогатиться.