Шаг первый

В сражении некромантка получила один единственный шрам. В самом конце жнец задел её своим замысловатым оружием, оставив порез на лице Рейко. Шрам тянулся от внутреннего уголка правого глаза, наискось, по скуле вниз, практически до угла челюсти.

Когда Рейкона очнулась в том же зимнем поле, то на ней не было ни царапины, кроме того самого шрама. Где-то под щитом дрожал Дорсен Дракон. Он видел, как пришёл окутанный тьмой жнец, как он забрал Рейкону, а затем вернулся и положил уже целую и невредимую девушку на снег. Затем жнец подошёл к Маристе и чуть склонил скрытую под капюшоном голову.

Он что-то произнёс на странном, шипящем языке. Еле слышно. Бледная как снег, мёртвая Мариста встала, вытащила из челюсти кинжал вожака и окинула поляну бессмысленным взглядом, а затем вложила свою руку в протянутую, окутанную тьмой руку жнеца и исчезла вместе с ним.

___

Полгода спустя…

«Веришь ли ты что сможешь

Бой проиграть достойно?

Чем ты себе поможешь?

Взгляд твой такой спокойный...

А шёпот твой слишком тихий,

Шёпот почти сквозь зубы.

..

Больше похож на крик он,

Кривящий в оскале губы.

Молча, но всё же веря

В то, что победа рядом,

Схватишь за глотку зверя,

Чтоб отравиться ядом...

Шансов ведь было много -

Ты не приемлешь подлость.

Выбрав свою дорогу,

В лезвие точишь гордость.

Взгляд и сейчас спокоен,

Но затухает быстро.

Враг твой почти покойник -

Так же как ты, Мариста.»

[Руины бывшей Обители клана Инеол]

Дворец изменился до неузнаваемости. Обитель Инеол была захвачена и уничтожена первой в этой войне.

Отданная без боя, оставленная на растерзание Чёрному завоевателю, она превратилась в руины. В руинах этих покоятся и те, кого не взял с собой глава клана Инеол, кого он не предупредил и не спрятал от некроманта. Неорн уничтожил всё, к чему могли бы вернуться поверженные.

Пять лет прошло с начала войны. Обитель стала пристанищем беженцев, ищущих спасения от постоянных баталий. Элего – некогда центральное государство Инеол, как и обитель превратилось в руины. Мрачные, пустынные, забытые.

Среди беженцев, скрывающихся в этих развалинах, так же были Рейкона и Дорсен.

В день, когда Дракон спас возлюбленную, за ними началась погоня. Конечно, Неорн не бросил все силы на поимку предавшего его приспешника, иначе ни девушки, ни самого Дорсена уже бы не было в живых. Но всё же, вот они, живые, здоровые, с ребёнком на руках.

В ноябре у Рейконы родилась девочка. Мать назвала её в свою честь, не надеясь, что сама выживет в этой войне.