Провидение зла

Они предполагают два места нахождения седьмого камня. Первое предположение заключается в том, что седьмой камень, камень полноты силы, оставил у себя Лучезарный. И именно через этот камень он может вернуться на землю, когда будут собраны и омыты кровью все прочие.

– Да уж, – хмыкнул Игнис. – Не знаю, как насчет сбора, а кровью я омыт.

– Омыта кровью должно быть сущее под этим небом, – прошептал Син. – Но есть и еще поверье. Якобы из седьмого камня был сплетен шнур, на котором висели прочие шесть. Где этот шнур – неизвестно.

Я думаю, что оба предположения ошибочны.

– Один камень пропал полторы тысячи лет назад, – прищурился Игнис, вспомнив слова матери о себе и о Каме. – Еще один поселился во мне. А где прочие пять камней?

– Их ищут, – ответил Син. – Некоторые, вроде меня, чтобы удержать, помочь, сохранить. Некоторые, вроде Никс Праины, которая тоже якобы печется о сохранности нашего мира, чтобы уничтожить наследие Лучезарного. Хотя не прочь и вкусить от его силы. Есть и те, которые ищут носителей камней или, точнее, начали искать носителей камней, чтобы убить их.

Они верят, что нельзя дать злу прорасти. Поэтому нужно убивать каждого, кого настигнет метка, пока росток не захиреет сам собой.

– Да уж, – покачал головой Игнис. – За тысячу лет не захирел, а тут…

– Есть и те, которые жаждут только силы, заключенной в камнях, – добавил Син. – Кто-то верит, что, если таких, как ты, Игнис, убивать, с каждой смертью камень будет все сильнее погружаться в зло, и однажды Лучезарный сможет ухватиться за такой камень и выбраться из Пира.

Или, если убить носителя камня правильно, он попадет в ту бездну, куда низвергнут Лучезарный, вместе с камнем. Но для этого такой, как ты, парень должен сначала стать законченным негодяем. Да и еще… разное… Мы приплыли.

Пирс был уже совсем близко. Моряк направил лодку в сторону, но, не доходя до обратной стороны пирса, остановил ее, ткнув веслом в дно.

– Дальше не пойду. Смотри, угодник, – произнес моряк.

Налетевший ветер шевельнул кусок ткани, висевший на сигнальной мачте пирса, и развернул белый флаг.

– Я уже видел, – кивнул Син. – Что же, значит, такая у нас судьба.

Сказав это, угодник спрыгнул из лодки. Вода захлестнула его по пояс. Син накинул на плечи мешок и подмигнул принцу:

– Ты разве не хотел искупаться?

Игнис тоже спрыгнул с лодки, взял мешок. Моряк оттолкнулся ото дна веслом и начал торопливо грести прочь от берега.

– Что это значит? – спросил Игнис.

– То и значит, – твердо сказал угодник.