Ночной Эльф

Мы оба не знаем силы противника, не можем предсказать поведение в бою, поэтому остаётся спровоцировать друн друга на необдуманные действия.

— Не слышал о таком, — спокойно ответил я.

Капитан прищурился.

— Говорят, эти твари опаснее любого зверя, — его голос звучал ровно и размерено — явно искал, на что надавить.

— Говорят.

— Что будешь делать, если встретишь такого?

— Там видно будет.

— Я бы размазал его по земле.

Посмотрим ещё, кого ты размажешь.

— Хотя нет, лучше возьму живьём, — еле заметная улыбка скользнула по лицу капитана, — потом сдам в Академию: пусть препарируют, как лягушку!

Мимо, Герман, мимо.

— Но, боюсь, академики найдут его первыми. Они уже взяли его сообщницу. Уже полгода пытают.

Глаз дернулся. О чём он? По телу пробежал холодок.

— Оказалось, что эльфийка в Дальних Лугах сотрудничала с ним.

Лёд. Внутри один лёд. Обжигающий холод пробил меня насквозь.

— Академики сожгли деревню до основания, а девку взяли в плен.

Я сжал кулаки. Держись, Тодо, нельзя вестись на его уловки!

— У ночного эльфа есть союзники в Империи? — заинтересовано спросила Майра.

Тварь! Он лжет! Если бы Мисаки могли взять в плен, её бы взяли сразу. Она угрожал людям Академии напрямую, это не простая эльфийка!

— Увы, есть, девочка, — уже не скрывая ухмылку, утвердительно кивнул Герман.

— С чего бы Академии сжигать деревню? — я задал уточяющий вопрос, еле сдерживая эмоции.

— Кто знает... Они отчитываться исключительно перед императором.

Врёт, как пить дать, врёт! Командор пытается вывести меня, чтобы я напал первым, — об этом недвусмысленно свидетельствует его правая рука, расположенная на рукоятки меча с готовностью нанести ответный удар.

Не дождавшись моей реакции, капитан отвернулся.

"Шанс!

Нет!

"Бей!"

Он ждёт!

Рука с рукояти никуда не делась. На первый взгляд она казалось расслабленной, но даже мало-мальски обученному фехтовальщику было бы заметно, что ладонь старшего солдата в шаге от того, дабы сменить положение на боевой хват.

— Герман, а почему Вы охраняете границы города, а не сражаетесь на передовой? — я решил принять игру и взаимно надавить на болевые точки.

Оскал сполз с надменного лица.

— Моё место здесь, — ответил воин, — мой труп не принесёт пользы Империи.

— Ваше здесь, в тепле и уюте. А их, значит, где? В могилах?

Рука военного сжала рукоять меча. Есть! Вот и точка.

— Как тебя зовут, сынок? — мрачно поинтересовался Геман.