Ничтожный

Первое от боли и злости, строго матерно, а второе потому что надышался пыли и приходилось отхаркиваться. Немного радости было от того что Орлёнок тоже сплёвывал. Не всё же одному Борису пыль кушать.

Всей преступной мразоте ему хотелось начистить рыла. Вспомнил прежнее, как здоровались и уважали, пока в силе был, а тут прям окрысились. Они и возле Моховского барака околачиваются — выгадывают момент. Но на территории лекарни нападать нельзя. Михаль потом крюк под ребро сунет и бросит в пропасть шахты.

Гоха ладно — он всегда дерзкий был.

Его Борис уважает. Конечно, как тело окрепнет, то крепко отделать его будет нужно, ибо такое спускать нельзя — уважение потеряешь. Вот насчёт других у Бориса пока мысленный зуд и скрежет зубов. Яныка так точно укокошить хочет, может даже не в честной драке. Этот главарь шайки прославился подлостью и беспринципностью. Просто ярусы большие, мест для схрона хватает, а Борис принципиально не занимался “чисткой”.

Как бы то ни было, но до второго яруса Орлёнок довёл. Схоронившись в безопасном закутке, он обратился к Борису:

— Тебя точно ждут возле хаты Михаля.

— Однозначно, — кивнул друг.

— Обойти не получится, Барс, — сморщил страдальческую морду Орлёнок, — можно было бы по крышам, но не с тобой нынешним.

— Я ж тебе не предъявляю, чего ты паришься?

— Как бы… давай я дальше не пойду?

— А-а-а, — понял Борис и заржал, — прям толку много было бы. Всё, не ссы. Меня жди тут или, если кто придёт, рядом где-нибудь, я позову.

— Только ты осторожнее, ага? — растрогался Орлёнок.

Борис положил ему здоровую левую руку на плечо и сжал.

— Вертел я их всех знаешь где? Увидишь, с носом останутся.

Глава 5

Борис улыбнулся другу и уверенно вышел из закоулка. Тёмная улица выводит на главную, а на ней уже располагается притон Михаля. Может статься, что никто и не попадётся даже.

И всё же, на шухере поставили одного пацанёнка. Вот он, проссавшись, вышел на угол главной и проулка, по которому идёт Борис. Огляделся для порядка — выставили-то его на всякий случай, вдруг Барс явится, что вообще не точно.

Сначала взгляд мазнул по фигуре в мешковатой рубахе с капюшоном и побежал дальше, но паренёк вздрогнул и тут же посмотрел снова. Следом раздался громкий свист.

Борис побежал. Сейчас осторожничать нельзя. Даже если и чуть покровоточат раны — не страшно. Надо успеть выбежать на главную улицу, пока свора трущобных псов не сбежалась травить зверя.

Паренёк начал пятиться, с ужасом взирая, как на него несётся Барс.