Век героев

– Я подарю тебе новое!

Иолай метнул на него косой взгляд и прикусил губу.

– Да-а, где ты сейчас достанешь такие ягоды? – капризно протянула девчонка. – Весной они не растут!

– Подумаешь, ягоды! – пожал плечами Иолай. – Лучше я принесу тебе ожерелье из разноцветных камешков на прочной цепочке... Оно будет покрасивей какого-то там ягодного! Хочешь?

Меланиппа сразу перестала горестно морщиться и засияла радостной улыбкой.

– Правда принесешь? Конечно, хочу! Нет, ты правда принесешь мне ожерелье?

– Завтра, – небрежно ответил Иолай.

Отвернувшись, он свирепым взглядом остановил Геракла, который явно собрался спросить, где его приятель рассчитывает достать такое ожерелье.

– А сейчас я сплету тебе венок, хочешь? – смущенно предложил Меланиппе Геракл.

– Давай, сплети, – милостиво согласилась та. – И пойдемте еще куда-нибудь погуляем! Что у вас тут есть интересного кроме этой реки?

Интересным в окрестностях Фив было решительно все!

Они шли по ярко-зеленой траве весенних полей, еще не выжженных беспощадным летним солнцем; взбирались на пестрящие гиацинтами, ирисами и анемонами склоны кадмейских холмов; ныряли в прохладную тень серебристых оливковых рощ; купались в душистом вихре лепестков, сорванных ветром с фруктовых деревьев.

– А что вон за тем холмом? – то и дело спрашивала Меланиппа – и они поднимались на вершину очередного холма, чтобы наперегонки сбежать с другой стороны к его подножью.

– А откуда течет этот ручей? – и они брели по прихотливым извивам серебряной змейки, пока она не ускользала от них в узкую щель между камнями.

– А куда ведет та тропинка? – и они шагали по тропинке, петляющей в зарослях цветущего шиповника до тех пор, пока она вдруг не вывела их обратно к Оленьему Холму, к самому дальнему его склону!

И мальчишки, и Меланиппа были одинаково удивлены и разочарованы таким коварным поведением тропинки: они никак не ожидали, что их путешествие так быстро подойдет к концу!

– Знаете что? Давайте поедим и пойдем еще погуляем! – предложила Меланиппа, карабкаясь на крутой склон.

Солнце немилосердно палило с небес, и ее черная шкура блестела от пота, но ее язык и ноги, похоже, не знали усталости.

– Конечно, давайте! – сразу же согласился Иолай, а Геракл кивнул и добавил:

– Да, если Хирон разрешит...

– Конечно, разрешит! Дедушка всегда мне все разрешает, он не то что мой дядя Фол!

– Это тот, от которого ты удрала? Он тебя что, обижал? – Иолай грозно сжал кулаки.