Век героев

Громовержец поистине должен был обладать всевидением и всеслышаньем, чтобы внять таким безжизненным мольбам!

Наконец Хирон умолк, взял фиалу с молоком и вылил молоко на очаг.

– И... Это все? – после долгой паузы спросил Ификл, на протяжении всей церемонии смирно стоявший возле очага.

– Да. А теперь – убирайся!

Старый кентавр выкрикнул это с такой яростью, что Ификл отшатнулся, злобно оскалился и бегом бросился вон из пещеры.

– Ификл, подожди! Хирон, я сейчас...

Геракл выскочил вслед за братом, а Хирон подошел к столу и открыл крышку небольшой бронзовой хутры.

Окунув в хутру длинную иглу, он задумчиво посмотрел на повисшую на острие густую каплю душистой жидкости.

– Попрощался? – не оборачиваясь, спросил он у вернувшегося в пещеру Геракла.

– Да...

Хирон посадил желто-красную каплю на ноготь большого пальца.

– Лекарство терьяк, – негромко проговорил он, – растет и взрослеет так же, как любой человек. До года терьяк – просто беспомощный неумелый младенец, потом он постепенно начинает набирать силу, мужать – и полностью вырастает к двадцати годам.

До сорока лет терьяк находится в своем расцвете, потом понемногу принимается слабеть и к восьмидесяти годам почти полностью теряет силу... В это лекарство входит шестьдесят четыре компонента – кстати, ты можешь сказать, какие именно?

– Опий, корица, роза, семена дикой репы, бальзамовое масло, имбирь, ревень, мирра, семена сельдерея, корень дикого укропа.

..

– Хватит, достаточно, хорошо! А как проверить силу терьяка, ты помнишь?

– Надо поймать фазана, пустить на него скорпиона и после дать фазану терьяк. Если фазан не погибнет от скорпионьего укуса – значит, терьяк созрел...

– Да, правильно, молодец!

– Терьяк может помочь почти от стольких же недугов, сколько в него входит компонентов... Перечислить, от каких именно, Хирон?

– Нет, я верю, что ты их знаешь. Похоже, ты не зря столько лет ходил в эту пещеру.

..

Кентавр взял маленький алабастр и тонкой струйкой стал переливать в него жидкость из хутры.

– Этот терьяк, Геракл, я смешал в тот год, когда ты стал моим учеником. Сейчас ему восемь лет, он еще не достиг своего расцвета, но уже сейчас он может во многом помочь, – Хирон вогнал в узкое горлышко плотно притертую пробку, увенчанную сжатым кулаком. – Я дам тебе этот алабастр с собой, но ты должен кое-что мне пообещать.