Оковы огня. Часть 2

— Тогда почему ты здесь, рядом со мной? — спросил Эверард, и его спокойный голос прозвучал прямо рядом с Аланом. — Выглядишь ты не лучше меня.

Герцог Кертриджский усмехнулся в ответ. Бледный, с синяками под запавшими глазами, он напоминал человека, недавно оправившегося от тяжёлой болезни.

— Я здесь, потому что во всём этом есть доля моей вины, и не малая, — горько улыбнулся Алан.

— Хорошо, что ты знаешь об этом. — Холодный голос Эверарда пронзил мужчину.

— Мы недооценили противника и сейчас не должны повторить эту ошибку.

— О, поверь мне, я знаю, что нам предстоит, и готов к этому. — Взгляд Эверарда устремился в даль, где начинали вырисовываться челюсти огромного провала в земле. Ущелье Чёрной луны.

Когда-то давно, когда ещё были живы драконы, говорилось, что в этом месте упала луна, а следом за ней обрушилась на землю и её тень. Эверард не верил, что упала именно луна, потому что с заходом солнца над головами каждого жителя их мира восходил холодный серебряный диск, развеивающий тьму ночи. Ему думалось, что могло упасть какое-то другое небесное тело, метеорит.

Эверард повернулся влево, где за ним чёрной тенью следовала виверна Джерома. Верный слуга отказался расставаться с хозяином, когда тот отправлялся на потенциальную смерть, и, как он сказал, ему нужно искупить вину за пленение госпожи. Он упрямо отказывался именовать Изабеллу иначе, чем госпожа, отчего Эверард и сам не знал, почему на короткое мгновение на душе становилось легче, словно какое-то важное решение уже принято.

— Следи за ситуацией и вступай в бой только в крайнем случае. Ты будешь нашим резервом, и присматривай за Аланом, не хватало ещё, чтобы он там голову сложил. — Голос Эверарда раздался прямо над ухом Джерома. — Самое сложное я возьму на себя. — И, дождавшись утвердительного кивка, Эверард послал виверну вниз, ближе к выжженной солнцем и засухой земле.

С каждой минутой в воздухе всё отчётливее проступала вонь магии демонов, пусть спрятанная, укрытая с помощью крови, но она здесь была. У простого человека уже бы резало нос, и глаза слезились бы кровью, если не что-нибудь похуже.

— Как вы пропустили это? — прорычал Эверард.

— Артефакты ничего не определяли, — оправдываясь, сказал Алан, пальцы его с силой сжимали поводья.