Маркус #3. Маг из другого мира

Старик взял с небольшого подноса, парящего рядом с троном, стакан с красной жидкостью, отпив из него, он внимательно всмотрелся в лицо парня, после чего задал ещё вопрос:

— Что ж, пусть будет так. Сколько «Семян бездны» уже удалось установить?

Снова последовал мгновенный ответ:

— Тридцать одно.

— Хорошо. Ещё столько же и после этого ты сможешь обрести семью.

От этих слов парень вздрогнул, но ничего не сказал. Старик выждал десять секунд и произнёс.

— Можешь быть свободен.

За спиной молодого парня открылся портал, в который он шагнул не оборачиваясь.

Снова оставшись в одиночестве, Бессмертный Целитель поднялся, сделал два шага, после чего растворился в воздухе, в этот же момент оказавшись в мрачном месте, за многие километры от его библиотеки.

Некогда храм древнего бога, ныне использовался им для экспериментов, в частности, прямо сейчас шёл один из них.

Спустившись до самого нижнего зала, он вошёл в него и поприветствовал поддерживающего заклинание мага.

— Приветствую тебя, ученик, ну как тут дела?

В этот момент у Тихомира по виску скатилась капля пота, ведь он уже несколько часов поддерживал монструозное плетение, рассчитанное на удержание минимум десятью магами шестого круга.

Так как даже ответить сил у него не было, он смог лишь издать зубной скрежет.

На это старик рассмеялся и подошёл ближе, он протянул руку и сжал кисть в кулак.

Сразу после этого с Тихомира будто гору сняли, он упал на колени и вымученно произнёс:

— Учитель, вы могли бы побыстрее или, может, кого на помощь всё же позвать?

Тем временем старик, нисколько не страдая и не испытывая никаких неудобств от поддержания столь сложной магической конструкции, спокойным голосом ответил:

— Ты стал слишком слаб, никакого развития за последние десятилетия.

Тихомир не выдержал, и его передёрнуло, что вызвало новую порцию смеха.

Отсмеявшись, «учитель» произнёс:

— Отдохни немного.

Глаза Тихомира расширились от переполняющих его чувств, ведь это означало ещё минимум месяц расчётов и столько же на изменения в печати, создаваемой ими.

Но ничего поменять было нельзя, отказаться от этого он не мог.

Поэтому собравшись с силами, он поднялся на ноги и произнёс деловым тоном:

— Хорошо, учитель.