Осколки Могущества

— Дело совершенно не в этом!

— А в чем? — тут же язвительно вклинился Форранг. Видимо, он тоже решил бросить свою маску дружелюбия, и теперь его голос в полной мере отражал все то раздражение, которое он сейчас, наверняка, испытывал.

— Уж не в том ли, что Вы сами собирались сперва отвести их к магистру Акелларму?

Похоже, с этим предположением дознаватель угодил в точку, потому что Гилэйд на секунду лишилась дара речи. Она даже слегка отшатнулась, будто эти слова физически ее задели.

— Как нехорошо, — продолжал язвить Форранг.

— А ведь дознаватели отрекаются от корыстных помыслов, когда дают клятву.

Гилэйд по-прежнему молчала, очевидно, не находясь, чем парировать обвинения Форранга, который сделал еще несколько шагов по направлению к ней со словами:

— Прошу Вас, пропустите меня к пленнику.

— Я же говорил, что здесь что-то не так! — отчаянно воскликнул Адри. — Как тогда, в лагере! Ты должна меня выслушать!

Видимо, воспоминание о том, как она отказалась воспринимать всерьез его опасения, вывело Гилэйд из ступора.

— Это мой пленник, — не терпящим возражений тоном произнесла она. — И я имею право допросить его как Гильдейская дознавательница.

— Недолго Вам еще носить это звание, если будете продолжать слушаться преступников, — усмехнулся Форранг.

— Мою компетенцию будут оценивать верховные надзиратели, а не Вы, — произнесла Гилэйд, расправляя плечи и глядя на ссутулившегося Форранга сверху вниз. — Я сама допрошу преступника и отведу в чертог.

Как ожидалось, Форранг не шелохнулся.

Двое волшебников стояли почти вплотную, и Адри показалось, что напряжение, нараставшее между ними с каждой секундой начало обретать физическую форму. Словно сам воздух стал тяжелее, а звуки как будто приглушились. Он не знал, являлось ли это результатом накапливаемой вокруг магической энергии или просто причудой восприятия.

— Вы об этом пожалеете, — покачав головой, произнес Форранг.

— Вы пожалеете раньше, если сейчас же не уберетесь.

На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая только позвякиванием обмундирования гвардейцев, в нерешительности топтавшихся сзади.

Гилэйд и Форранг стояли друг напротив друга, и было понятно, что ни один из них не намерен отступать.

— Надеюсь, Вы укажете в своем рапорте о том, что дознавательница Гилэйд препятствовала взятию беглецов под стражу, — с нарочито учтивой интонацией проговорил Форранг, обернувшись к Линдуэну, который пока не спешил обнажать оружие, а только держал ладонь на рукояти меча.