В теле дрища в военной школе аристо

А мы находились как раз в таком, с говорящим неофициальным названием «Гнилая клоака».

Поэтому Бритва не таясь, за ногу оттащил меня к металлическому люку, открыл его.

Из канализации пахнуло нечистотами. Бритва сорвал с меня лоскут окровавленной одежды и бросил вниз. Из смердящего отверстия донёсся противный скрежет когтей, а затем мерзкий писк.

За ворот лоскутов, что осталось вместо куртки, Бритва поднял меня, так что наши глаза оказались на одном уровне.

Сквозь слипшиеся от крови веки я увидел улыбающегося бывшего работодателя.

– Я тебя убью собственными руками. – Медленно проговорил я.

Очень хотел придушить гада, но мои руки висели плетьми, скорее всего, Бритва перерезал мне сухожилия.

– Ай какой хитрый. Хочешь меня спровоцировать, чтобы я тебя добил? А знаешь я буду сегодня не только добрым, но ещё и щедрым.

Видел я плохо, но смог проследить, что держа меня на вытянутой руке, Бритва убрал свой режущий инструмент и свободной рукой достал что-то из кармана.

Я почувствовал укол в плечо.

– Видишь! Даже стимулятор на тебя не жалко. Это чтобы ты не отрубился сразу и наслаждался процессом дольше.

Несколько мгновений падения.

Темнота.

Болезненный удар.

Глава 2

Я ударился головой, но не вырубился. Уверен, что сознание помог сохранить стимулятор, который вколол в меня Бритва.

Хотя лучше я бы лишился чувств, и не видел этого позора: меня грызли крысы, и я даже не мог принять бой.

Незнакомое чувство беспомощности просто разрывало изнутри.

Я катался по полу, тряс ногами, пытался смахнуть с себя мохнатых тварей. О, как же я хотел, чтобы мои руки снова двигались, чтобы передушить грызущих меня крыс, а потом добраться до Бритвы и его тоже придушить.

Мне было больно.

Меня кусали и грызли.

Ещё немного и я умру как последний отброс.

Если умру здесь, то может я вернусь своё тело? На краткий миг я расслабился, приготовился умереть. И от этой мысли меня разобрало гневом.

Никогда я ещё не был готов сдаться!

Ярость.

Крысы грызли меня.

Изо всех сил напрягся, посмотрел наверх и заорал.

На фоне ночного неба, в свете уличного фонаря, я увидел довольное лицо. Я был уверен, что Бритва думает, что сломал меня.Но я кричал не от отчаяния, это был призыв на последний смертный бой.