В теле дрища в военной школе аристо

Или те, кому он их демонстрировал, после этого не выживали. Голова снова пошла кругом от новых знаний и нехватки кислорода. От мысли, что всё вокруг состоит из маленьких частичек и воздух, который я так хочу вдохнуть это смесь разнообразных газов, в состав которых и входил кислород, а кислород это химический элемент и всё это я узнал в Галасети, коротая вечера со стареньким смартфоном возле костра в старой котельной, где и проживал с подобными мне попрошайками. Память старого владельца тела наполняла мою голову.

Я очень хотел вдохнуть, но не мог убрать ногу Бритвы со своей груди. В голове бешено крутились мысли. Этот мир очень похож на мой прежний. Здесь правят деньги сила и власть. В прежнем мире у меня было всё перечисленное. Даже были люди, которые подбивали меня на военный переворот, они считали, что из меня был бы более достойный император. Мне не хватало изворотливости, и я был слишком прямолинейный и порядочный, говорили они.

– Честный бой. – Сквозь зубы, исторгая из себя последние выдохи, прохрипел я.

Нога исчезла с моей груди, я жадно вдохнул. От притока этого самого кислорода закружилась голова.

Мои щёки обожгло от многочисленных ударов.

– Ты что бредишь? Сюда смотри. – Глаза Бритвы блестели от предвкушения, как и острая полоска металла, направленная на меня.

– Я те-бя у-бью ничтожество. – По слогам проговорил я.

Всегда я открыто говорил заклятым врагам в лицо, что их ждёт, но человек возвышавшийся надо мной не знал, что такое честь. В голове забилась мысль, что я уже не тот.

Моё тело от такого моего пафосного заявления инстинктивно захотело уползти, а Бритва неистово расхохотался.

– Ну ты меня и насмешил. – Он снова поставил на меня ногу. – Я ведь добрый в глубине души. Хотя может и слишком глубоко. Не хотел тебя сильно мучить. Хотел просто убить. Я не люблю, когда мне дерзят, а теперь тебя ждёт очень страшная смерть.

Я попытался закрыть руками жизненно важные места на теле, но спустя несколько мгновений Бритва многочисленными движениями за которым я не смог даже проследить исполосовал меня.

То, что сейчас происходило, трудно назвать честным поединком. Даже в моём прежнем мире, а он был весьма суров происходящее сочли бы беззаконием и самоуправством. Местные стражи, а в этом мире их называли полицейские или силы правопорядка, неблагонадёжные районы посещали редко.