Между Раем и Адом

— Здорово он тебя, — негромко проговорила я, на пару секунд зависая и понимая, как мне повезло. — Шрам теперь останется?

— Да нет, — отмахнулся Рик, непроизвольно проводя кончиками пальцев по ране, — через пару дней вылечу и буду как новенький. Ты сама-то как? По тебе и не скажешь, что две недели пытали, — заявил он, достаточно хитро улыбаясь.

Ох, эта улыбка. По кому и не скажешь, что его пытали, так это по Рику. Даже после всех дней пыток он будто на курорте побывал, да ещё и загорел.

— Ну, я бы тебе показала, не будь мы в людном месте, — игриво улыбнулась я, но после вмиг стала серьёзнее.

— На самом деле, на крыльях много следов осталось. Видимо, ему понравилось наблюдать за тем, как они непроизвольно вздрагивали под лезвиями кинжалов. Надеюсь, с остальными тоже всё в порядке.

— Да всё нормально, не переживай. Была бы у демонов цель убить нас, они бы давно уже это сделали, — уверенно произнес Рик.

— Справедливо, — согласилась я и чуть ускорила темп, чтобы быстрее дойти до школы.

В чём-то Рик был прав.

Демоны, хоть и любят растягивать удовольствие от убийства жертвы, не настолько жестоки, чтобы убивать учеников.

Как же я ошибалась.

Пройдя через, как казалось на первый взгляд, одиноко стоящий посреди пустоши дверной проём, оказались перед школой, куда тут же зашли.

Через пару минут мы уже были в классе, где, опершись на учительский стол, стояли Сартия и Аластор.

А Киру я так и не увидела.

Когда всех заперли в подвале у Аластора, её наверняка увлекли вместе с нами. Незавидное наказание — сначала терзали во сне, а после пытали.

При одном только воспоминании о палаче, я заметила, что мои руки дрожат.

В голове же всё ещё были свежи воспоминания о предупреждении Сартии, что Кире, вполне возможно, грозит смерть. Но ведь это всё были их шутки? Обычный чёрный юмор?

— Что ж, коль все в сборе, позвольте сказать пару фраз перед тем, как Сартия начнет. Надеюсь, мелкие придурки, вы усвоили урок и больше без должного разрешения не будете убивать смертных. В качестве подтверждения серьёзности и моих слов, и слов вашего прекрасного учителя, с этого дня вас в классе станет на одного меньше.

Догадываетесь, почему? — спросил демон и заглянул каждому из нас в глаза.

— Предательство, — еле слышно произнесла Элизабет, опуская взгляд в парту.

Закрепившийся страх перед демоном так и звенел в её голосе.

— Верно. — Клянусь, палач почти что промурлыкал это слово, — в Аду свои законы и принципы, но предательство не позволяется прощать никому.