Между Раем и Адом

Живя рядом с Катрин и проводя с ней куда больше времени, Эмми наверняка когда-то действительно станет такой же. Она поймет, что демоны — истинное зло, против которого надо бороться, отвернётся от меня и тоже будет ненавидеть. Конечно, произойдёт великое чудо, если Эмми сохранит в себе бесконечную доброту к миру и станет таким ангелом, которых рисуют смертные. А ведь она так похожа на маму. Может и выйдет, что характером пойдёт в неё?

Повисшее между нами молчание прервала Эмс. Она положила маленькую ручку мне на колено и произнесла:

— Знаешь, а я не хочу быть, как ты или Катрин.

Не хочу бороться только за Рай или только за Ад. Хочу быть между.

— Между Раем и Адом, — будто бы в трансе проговорила я, — это и есть сущность ирамитасов, как думаешь? — спросила с улыбкой.

А ведь в словах Эмми была правда. Я тоже не желала быть ни за Рай, ни за Ад. Конечно, подземное царство мне прельщало больше, но ведь и в Раю есть что-то хорошее. Что-то такое, чего никогда не будет в Аду. Там нет дивных пейзажей, нет невероятных закатов и рассветов.

Если отвлечься от всех мыслей и полететь на самые окраины, где начинаются бесконечные сады, то ты буквально чувствуешь, как на душе становится легче. Пропадают все печали, уходит гнев. Хочется жить, летать, мечтать.

— Да, наверное, ты права, — сказала Эмми и сладко зевнула.

Кажется, она уже хотела встать с кровати, чтобы пойти к себе, но после решила спросить. Очень тихо так, опустив глазки в пол.

— Можно я сегодня посплю у тебя? Мне одной просто страшно.

На моих губах появилась улыбка. «Прошу, малышка, никогда не взрослей» — мысленно попросила, а вслух ответила:

— Да, почему нет? Только с утра уйди пораньше, чтобы отец с сестрой не заподозрили, что эту ночь ты провела в комнате самого страшного и злого существа в этом доме, — засмеялась я и взъерошила и без того лохматые волосы сестры.

Несмотря на спокойствие, что дарила мне Эмми, лежащая под боком, спалось, откровенно говоря, крайне плохо.

Во сне я пыталась убежать от Аластора, спрятаться, но ноги наливались свинцом, а веки буквально слипались, не давая и шанса увидеть дорогу.

Каждый раз наталкивалась на тупик, а хищный голос палача звучал всё ближе и ближе, будто бы подкрадывался со спины, как бы быстро не пыталась бежать.

К счастью, это всё прервали яркие утренние солнечные лучи.

Немного поворочившись, я, всё же, открыла глаза и повернула голову вбок. Как и ожидалось, Эмми уже не было рядом.