Якудза из другого мира 6

И тот оказался настолько ярким событием, что вся его прелесть затмила вонь кошачьей мочи, расписанные стены, обгрызенные временем перила. Это была маленькая граница, перешагнув которую, я прекращал быть мальчишкой, а становился юношей. Возможно, это воспоминание было одним из тех десятков моментов, которое можно назвать счастливым. Вот то, что это мгновение было волшебным – не ходи к гадалке.

Всегда нужно быть готовым к волшебству – оно же рядом, оно происходит. Вот только человеческий мозг не может принять природу волшебства и старается подвести всё под научную теорию.

И всё равно я не был готов к тому, что губы Кацуми соприкоснутся с моими. Я опешил, поддался чувствам и воспоминаниям, а окружающая реальность не замедлила шарахнуть по башке.

– Акика всё любила делать по-своему. Когда все девочки учились целоваться на помидорах, она тренировалась на огурцах. Позже выяснилось, что не прогадала, – раздался едкий голос Сэтору Мацуда.

Кацуми тут же отпрянула от меня. Она покраснела, её грудь бурно вздымалась – или от гнева, или от неожиданности.

Сэтору стоял в нескольких шагах от нас. Скалился так, что можно было увидеть трусы через глотку. Рядом с ним стояла Кимико. Улыбка на её губах варьировалась от границ досады до злобного ехидства. Она явно наслаждалась нашим смятением.

Сам этот момент походил на один из тех неприятных эпизодов, когда вы идете по улице жарким днем, наслаждаетесь ледяным мороженым в вафельном стаканчике, а в эту секунду какой-то пернатый снайпер решает опорожнить свой кишечник.

– Как всегда, Мацуда-сан, скорость вашего языка превышает скорость вашей мысли, – произнес я, не показывая, что смущен или раздосадован.

Не дождетесь!

– Это очень хорошо, хинин, что ты помнишь о моей скорости, – улыбка Сэтору стала ещё гаже. – Знаешь ли ты, что возможность быстрого нахождения общего языка очень зависит от техники поцелуя?

Кацуми хватило времени, чтобы взять себя в руки.

– Надеюсь, что мы показали вам, как это правильно делается? Сэтору, ты успел записать? Или тебе снова зарисовывать нужно?

Губы Сэтору чуть дернулись. Но он не показал вида:

– От порнографических рисунков у меня изжога, а целоваться я предпочитаю на шикарной кровати, а не на голой земле, как это делает нищета Токио…

– Да? Поэтому до сих пор нецелованный? – подколол я в ответ.