Якудза из другого мира 6

Она оказалась подо мной, а я невольно уперся рукой в левую грудь. Тут же отдернул и вызвал краску на лицо, чтобы показаться крайне смущенным. Хотя, ощущения мне очень понравились. Настолько понравились, что даже пришлось резко повернуть бедро. Чтобы не упереться... мобильником...

Губы Кацуми оказались напротив моих. Глаза в глаза, нос в нос. Романтическая ситуация, ничего не скажешь... И черт побери, она была такой... такой... Головокружительной, что ли? Я и в самом деле едва не потерял над собой контроль, вовремя успев отдернуть потянувшиеся было губы.

..

И это в новом теле. Что бы произошло, если бы я остался в теле Изаму?

– Извини, – пробурчал я, бочком слезая с Кацуми и стараясь, чтобы мой пах не сильно выпирал вперед. – Я не рассчитал.

– Да это я не рассчитала... Ничего. Всё же нормально?

Я посмотрел на Кацуми. На её щеках возник румянец, дыхание стало более бурным, глаза заблестели. Похоже, что не только я один возбудился от нашей борьбы...

– Да, всё нормально.

Я просто…

Губы Кацуми не дали мне договорить. Она неожиданно подалась вперед и поцеловала так горячо, что на миг я даже растерялся. Её глаза заполнили всё пространство, вся окружающая реальность перестала существовать, а в голове взорвалась Сверхновая.

Сколько времени длился этот поцелуй? Я не могу сказать, так как потерял счет времени. На мгновение я вернулся в то время, когда в своём мире в первый раз поцеловался.

Я тогда провожал девушку домой после фильма.

С Невы тянул пронизывающий ноябрьский ветер, швырял нам в лицо мелкие капли питерской мороси. Мы продрогли до нитки, зонтики скорее мешали, чем помогали скрыться от непогоды. На Наташку было жалко смотреть и в то же время она была такой красивой и желанной, что я бы прошел вечность под ударами непогоды – лишь бы идти рядом.

А уже потом, забежав в парадную, мы остановились возле лестницы первого этажа. Тогда-то и случился этот неумелый первый поцелуй. Сначала было неловкое молчание, напряженная работа ума – чтобы ещё ляпнуть, а потом… Потом я взял Наташку за руку, появилось легкое покалывание в пальцах.

Она опустила глаза вниз, а я подался на встречу мокрому лицу… Наши губы соединились...

И тогда тоже вспыхнула чистая энергия, осветившая старый подъезд ярче трехсотваттной лампочки. Колени чуть ослабели, а сердце попыталось проломить грудную клетку, колотясь со страстью пленника, который проснулся в неизвестном месте.