Во имя порядка: на закате древней эпохи

По ком плачет Подгород?

Пролог

8233 год от Звездопада. Эндерал. Подгород.

- Благослови, владыка! – продолжил плачевную процессию высокий аэтерна в чине дикона, на золотистой коже которого повис чёрный стихарь, в тон рясе и подряснику; он поднёс блеснувшую в слабом освещении златом кадильницу, которая перешла в руки другого мужчины – это высокорослый светловолосый мужчина.

- Благославен Творец наш! – запел взявший кадило в чёрных лоснящихся церемониальных одеждах, и обошёл открытый гроб и со звоном окадил лежащего там.

– Во имя Единого, во имя Эндерала и во имя долга, - такими словами обозначилось продолжение мрачного и довольно печального таинства, где собралось едва ли не большая часть верхушки Вольной Территории Подгорода.

В небольшом храме, священник возглавил траурную процессию. Облачённый в украшенный серебром пышный стихарь, утянутый орарём, он несёт на груди знак своего статуса – сияющая чаша священника. Его крепкий голос доносился до самых далёких углов прямоугольного помещения, обнесённого деревом.

Из-за двери хоть и доносится слабое зловоние, но оно практически вытеснено сладким запахом ладана.

- И да упокоится его душа навечно. Он выполнил свой долг, - пропел стоящий хор легионеров, хранителей и ралаимов. – Пусть дух Тараэля Нариса найдёт покой, и пусть смилуется над ним Единый.

Сорок воинов встали стеной у гроба, один из них держал два коротких клинка, принадлежавших тому, о ком поётся молитва, руки остальных держали чёрные траурные ленты. Небольшой хор в конце храма слабо подпевает, донося возвышенно-печальные мотивы в души.

- И да смилуется Творец над Тараэлем, почившим славно и избавит его от всех мук и скорбей и да оставит ему всякую провинность, - пропел священник.

Как только прозвучало имя, часть ралаимов вздрогнула. Перед ними в белых объятиях ложа покоится их бывший брат и враг одновременно. Они не знают, что заставило его не стать одним из сподвижников их бывшего предводителя, не знают, что заставило его бежать из Ралаты, но последнее деяние этого аэтерна настолько воодушевило и Ралату, Святой Орден и Легион, что они не могли не прийти и не отдать последний долг.

Да, он предал ралаимов, но подвигом своим был посмертно причтен к статусу «почётных голосов Ралаты».

Там в гробу лежит тело молодого парня. Его «острый» лик отменен шрамами, руки сложены в перекрестии, а в пальцах зажата светло-лиловая ленточка, на которой золотая медаль с двуглавым орлом – символ героя Эндеральского Союза.