Тишина камней

Ри подумал: будет ли он таким одиноким в старости? Будет ли вообще у него старость? Нужно ли бегать от дяди или лучше встретиться с ним лицом к лицу? Тем более сейчас ему есть чем ответить и чем себя защитить. Ри вспоминал о том дрожащем от страха пареньке, прячущемся за сараями в Энфисе, с зарождающимся презрением и надеждой, что от него в теперешнем Ри не осталось ни крохи, что он стал другим.

Когда Ри вспоминал о том, как они с Талем по выходным позволяли себе пропустить кружку-другую пивка, дверь тесварицы распахнулась.

Пийр в кармане сладко затрепетал и стал нагреваться.

На пороге стоял Коган Халла. На нем была льняная рубаха в пятнах пота и с оторванными рукавами, широкий кожаный ремень и темные шаровары. В руке он держал меч, а гвиртовым шаром, который заменял ему правую кисть, опирался о косяк двери. Глазами он безумно прощупывал каждого. Зрачки то и дело закатывались, охотник часто и нервно моргал.

Скрываться было бесполезно.

– Рийя Нон! – взревел Коган яростным зверем, но увидев того, кого искал, тут же успокоился и даже улыбнулся, шевельнув грязными, спутанными усами.

Он шагнул внутрь. Кое-кто из посетителей поспешил на выход, стараясь не задеть охотника и не привлечь к себе внимание.

– Похож на отца, – слова прозвучали как похвала.

Ри нащупал теплый камень в кармане и сжал его крепче.

Коган по-хозяйски поправил стул, пристукнул тяжелым шаром по деревянной крышке стола.

“Сколько же жизней ты погубил этим обрубком?” – спросил про себя Ри и медленно поднялся на пару ступенек вверх, краем глаза замечая, как оставшиеся зеваки улепетывают восвояси.

А Коган, будто услышал мысли родственника, поднял искусственную руку на уровень лица, любовно покрутил ее и продолжил речь:

– Я был еще ребенком, когда дикий пес отгрыз мне кисть. Так судьба наградила меня за стремление к цели. А ведь у меня было все: мать и отец, старший брат; дом и дело, способное прокормить. Но я от этого отказался.

Коган прищурился и смотрел, не отрываясь, на Ри.

– Отдай пийр! Тебе с ним не справиться. Ты не понимаешь. Кабиан оставил его не тебе. Он по праву мой.

Ри заскрипел зубами. Так хотелось высказать дяде все, что накипело. Он с удивлением отметил, что не боится.

Пийр в кулаке дрогнул. Кончики пальцев стали покалывать.