Тишина камней

Убедившись, что слежки нет, и что он не привлекает ничьего внимания, Ри отправился к казармам по плавно уходящей вправо и вверх улице. По пути, когда проходил мимо дома, в котором ему навязывали комнату на втором этаже, в глаза Ри бросилась россыпь из желтых бутонов. Цветок рос в пузатом глиняном горшке, стоящем на балконе, и ощетинился длинными светло-зелеными листьями. Но именно цветы посеяли в уме Ри мысли: “Если Мусанга проглотила несколько мелинов, а пийр вобрал в себя их силы, то какие еще способности он хранит?”

Ри даже замедлил шаг от волнения.

Толстая деревянная дверь казармы отличалась от остальных. Загородив ее, изнывающий от жары, увешанный тяжелой, сверкающей на солнце броней, стоял охранник из числа городской стражи. У местных властей не было денег на снаряжение обмундирования более легкими и надежными гвиртовыми пластинами, а в Уделе эклиотиков, у нанявших воина, не было желания платить сверх причитающегося. Эклиотики в Новых землях чувствовали себя неприкасаемыми, поэтому не воспринимали возможность реальной угрозы всерьез.

За высокой каменной стеной, позади небольшого плаца расположились бараки, в которых жили ученики цепных псов – “щенки”, как называли их в столице. Пару льяд тут обучали теории, еще два уделяли тренировкам, а потом их попросту рассылали на поиски, назначив скромное содержание, которое посвященные могли получить в любом из Уделов.

По всем дорогам Новых и Старых земель туда-сюда сновали сотни цепных псов, выискивая тех, кто имел тайные метки, хватали их и в клетках доставляли в Ноксоло.

После тщательного осмотра старожилами Удела носителей меток либо отбраковывали, либо отправляли в Гавань для дальнейших испытаний.

На Твердыню, расположенную в столице, работала самая обширная сеть странствующих вестников, а все сведения, полученные в результате их неустанной деятельности на благо возвращения Шенкарока, были задокументированы и хранились в подвалах.

Таль Рек рассказывал, что раньше Твердыня находилась в Ноксоло, в пограничном со Старыми землями городе, отсюда верховным старожилам было проще распространять свое учение во все стороны света.

Но когда Изувер (так назывался наивысший титул служителей бога земли) стал вхож ко двору, заполучив величайшее доверие Владетеля, то было принято решение о переносе верхушки религиозной власти в столицу, поближе к тем, кто нуждался в их советах и прогрессивных взглядах.