Опальный маг

Но и этого было ей достаточно: у Эвредики с Маргелиусом есть сын, ого! Пройдогеон Альгвардский, законный отпрыск, значит? Эвредика, похоже, в тайном браке с ним была, это многое объясняет во вражде Воителя и Маргелиуса, и почему Фея никогда не была замужем — для этого надо было бы сначала аннулировать её брак с мятежным герцогом. Это сложно сделать, не привлекая внимания, чтобы никто не проговорился.

Маргелиус с Айрис стояли и глядели на лицо их сына.

— Теперь я вижу, как он на меня похож. Странно, что я этого не замечал раньше, — дотронувшись до мягких каштановых волос спящего, улыбнулся Маргелиус.

Поймав недоверчивый взгляд Айрис, которая не очень сильно находила сходство между внешностью их сына и его отца, он хмыкнул. — До трансформации. До моего слияния с драконом. Теперь я понимаю, почему пробудился от сна. Я всё не понимал, как меня смог разбудить обыкновенный человек. В нём ничего магического вообще не ощущается, хотя в нём твоя зандирская и моя северная кровь, и даже кровь Воителя, раз слияние разумов ты с ним прошла после зачатия и задолго до его рождения.

— Он тебя разбудил? — глаза Айрис расширились. — Тогда понятно, что имел в виду Воитель, говоря, что важно его участие в твоей судьбе.

— Мы ему скажем? — герцог поглядел на Айрис, переводя разговор с Воителя, вздохнул и кивнул, поняв её без слов. — Может, когда-нибудь я заслужу сказать ему это. Быть сыном Маргелиуса Альгвардского — слишком тяжкое бремя, чтобы обрушить это на его плечи.

Они аккуратно накрыли трубадура и других спящих на поляне и, тихо собрав мусор, завалились в обнимку спать.

Вопрос о том, чтобы потихоньку смыться, отпал сам собой.

2

Ясень с трубадуром продрали глаза и увидели, что братья уже проснулись и потихоньку играют в подкидного дурачка. А Нэдфилд ушёл медитировать на восход, засунув палец в нос. Нарида задумчиво сидела возле дракона и болтала о пустяках.

Насмешник почесал нос и вспомнил, что вчера было. Вау-у-у. Он шустро поскакал поглядеть, как там Маргелиус и Фея.

Нашёл тех мирно спящих рядышком и, к его вящему разочарованию, полностью одетых.

Ясень уселся на грудь благородного мага и стал веточкой щекотать тому нос. Маргелиус недовольно зашевелился, приоткрыл один злой глаз, узрел насмешника и хрипло выругался, спихивая того.

— Ясень, и так плохо, ещё ты тут зелёный.

— Тебе рассказать, что вчера было? — ласково заглянул в глаза магу насмешник.

— Лучше не надо, — пробурчал Маргелиус, сел и поморщился от головной боли.