Раубриттер (IІ. - Spero)

«Но я… Почему ты не…»

«Почему я сам не возглавлю компанию? Мы с его величеством слишком завязли на юге, Гримберт. Ты ведь слышал про Серую Курицу, да? Это должна была быть небольшая компания по замирению дерзких гуанчи[11] на Большой Юнонии[12], но очень уж много сил оказалось в нее втянуто и, пожалуй, уже бесполезно далее делать вид, будто эта безобразная свара, которая пожирает без счета боевых кораблей и рыцарей, еще имеет шанс окончиться для нас чем-то кроме позорного поражения. Византия давно уже решила втянуть Юнонию в свою орбиту и исподволь плела свои обычные интриги, а Венеция по своему обыкновению вознамерилась на этом подзаработать, но никто не учел вмешательство берберийских пиратов, в чьих владениях находится остров, и… А, к черту.

Император заплатит за эту авантюру своей репутацией, аахенская казна - двумя миллионами флоринов, а я – многими бессонными ночами и парой дополнительных инсультов… Участь покарать Лотара выпала тебе, Гримберт. Тебе и твоим рыцарям. И лучше бы тебе поторопиться. Святой Престол, узнав о том, что маркграф впал в ересь, уже роет копытом землю и грозится объявить против него Крестовый поход. Или ты хочешь, чтобы плодородные земли юга распахали не плугом, а многотонными ногами лазариты, тевтонцы, стефанийцы и госпитальеры?»

«Упаси Господь от нашествия святош! Эти погубят больше, чем проклятые лангобарды, только при этом еще будут трезвонить в колокола и завывать, как бездомные псы. Благодарю покорно».

Алафрид мягко улыбнулся.

«Император тоже так считает. Не стоит давать Святому Престолу лишний повод укрепить свое присутствие в восточных землях, да еще и подмять под себя залежи ископаемых в Салуццо. Поэтому мы обойдемся без вмешательства Церкви. Помни - Manus manum lavat[13]! Если одна рука выпачкана, долг другой – ее отмыть».

Гримберт позволил себе усмешку, которую в иные времена Алафрид мог бы счесть дерзкой.

«Или отрезать. Если такова воля императора, дядюшка Алафрид, я не стану ей перечить».

Господин императорский сенешаль кивнул.

«Разумеется, не станешь. Ты всегда был сорванцом, но в глубине души оставался умным мальчиком. Ты соберешь верных рыцарей и ударишь по Салуццо. Но это только первая часть императорского эдикта. Вторая – ты заставишь Лотара и всех, кто принял его ересь, пожалеть о содеянном».

Гримберт покачал головой.

«Я не судья. Разве не ты должен нести справедливость императора как сенешаль его величества?..»

«Я не сказал судить.