Даркут: взросление. Том 2

Ирия спросила:

— А где же сам остров?

Гуинг не ответил. Он закрепил руль и взялся за секиру, лежавшую на дне лодки.

Тогда Ирия пожала плечами и подойдя к рулю, направила лодку прямо к чудовищу. Если оно покажет, как пройти к острову, будет хорошо. Если съест, будет еще лучше. После смерти приемных родителей и Холджера ей казалось, что ничего хуже в жизни быть не может.

— Ты что делаешь? — прошипел Гуинг.

— Ты же хотел сочинить песню про девочку и берсерка? — спросила Ирия. — Вот тебе продолжение.

Гуинг поднял секиру.

— Хорошо, — сказал сагден. — Чертог Павших, встречай скверного рифмоплета, вечного пьяницу и неисправимого бабника.

Чудовище повернуло голову и вгляделось в лодку. Ирия навсегда запомнила, какие у него огромные темные глаза, а вокруг зрачков полыхали неровное огненно-красные кольца.

Когда лодка почти доплыла до чудовища, оно нырнуло под воду. Почти без брызг, только круги пошли по пятнистой воде.

— Куда подевался? — спросил Гуинг, озираясь. — Осторожно, он может ударить по лодке снизу.

Но все было в порядке. Волны улеглись, в воде снова колыхались никем не потревоженные пятна.

В тумане над водой появился просвет. Сквозь него виднелись смутные очертания земли.

— Вот он, остров Молройз, — сказал Гуинг.

Ирия направила лодку к острову. Вскоре они заплыли в туман и берега озера исчезли из виду. Зато остров приближался с каждым мгновением.

Черная почва озера возвышалась над озером.

Лодка подплыла к берегу и ткнулась в камыши.

Ирия закрепила руль, схватила вещи и прыгнула с носа в воду. Ноги тут же промокли до колен.

Девочка пробралась через камыш и вышла на поросший травой берег. Оглянулась на лодку. Гуинг стоял перед парусом и смотрел на нее. Позади него клубился белый туман.

— Что же ты? — спросила Ирия. — Ноги боишься намочить?

Поэт покачал головой.

— Мужчинам нельзя ступать на остров. Я привез тебя сюда и поеду дальше.

— Тогда откуда ты знаешь Скаэтту? — помедлив, спросила Ирия. На мгновение ей показалось, что сагден обманул ее и на острове никого нет. Теперь оставит здесь подыхать от голода.

— Я знаком с ней очень давно, — ответил Гуинг. — А до этого ее знал мой отец, дед и прадед. Никто не знает, сколько ей лет.