Книга II: Владеющий

– Насколько я помню, ты считал, что изображать из себя аристократа это опаснее, чем быть безымянным простолюдином.

– Было дело, – согласился я. – Но только что прямо в твоем присутствии жизнь внесла в мои намерения свои коррективы. Теперь, случись что, горечь разоблачения предстоит разделить со мной и семейству Эстуан.

– И все это ты понял только из одного только отвлеченного разговора? – Глаза великана округлились настолько, будто он увидел, как у меня вырастает вторая голова.

Дождавшись моего утвердительного кивка, воин грязно выругался:

– Будь прокляты эти поганые благородные со своими вонючими интригами…

– Привыкай, мой огромный друг, – преодолевая сопротивление упрямого грешника, сидящего во мне, я похлопал Астала по локтю.

– Надеюсь, что и не увидим, – здоровяк поднес к переносице сложенные в молитвенном жесте пальцы, как будто просил у Воргана избавить нас от такой участи.

– Боюсь, твоим надеждам не суждено сбыться. – Вынужден был я огорчить воина. – Есть у меня подозрение, что нами уже заинтересовались некоторые личности. Твое имя тоже сейчас прозвучало, и оно было многими услышано. А это значит, что о самом взрослом Аколите тоже вскоре поползут слухи…

Астал ничего мне на это не ответил, а лишь нервно дернул щекой, словно напоминание о возрасте его задело. Однако спустя полминуты напряженных раздумий он все-таки не выдержал молчания.

– Данмар, ты же головастый малый, – почти просящим тоном начал он, – скажи, что нам ничего из-за этого не будет.

– О чем ты? – Неподдельно удивился я. На моей памяти, это был первый раз, когда здоровяк выглядел обеспокоенным такой мелочью. – Неужели ты боишься внимания аристократов?

– Да не то чтоб боюсь, – нехотя признался мой собеседник, – но опасаюсь. Знаешь, когда я работал на Флогию, то видел, как некоторых высокородных сторонится даже она.

– Видимо, также рассудили и в семействе Эстуан, – покивал я в ответ на размышления великана. – А ведь ты, помимо прочего, и так довольно известная личность в Махи. По крайней мере, в третьем и втором кольце о тебе многие наслышаны.

– Небесная Тысяча… ну и что же нам делать? – Сокрушенно выдохнул Астал.