Постфактум. Книга вторая.

Тактично переждав радостные возгласы людей, Малюта принялся за разъяснения, потратив несколько мгновений на развязывания сложных узлов и освобождение Ильи и Ясмины. Домовой поведал, что едва не погиб. Он был заперт в берестянке, ощущая враждебный и чужой мир, который пил из него силы.

— Неведомо сколько бы я ещё продержался, не воротись мы обратно, — густой баритон звучал из уст маленького пушистого существа во все глаза, смотрящего на растирающих затёкшие конечности людей. — Рассудок покинул меня и воротился, когда ты, Ясмина подумала обо мне.

Я понял, что мы вернулись, ощутил, как силы вновь наполняют меня. А ты, Илья, произнёс моё имя вслух, скинув остатки оков, что удерживали меня в Кармане.

— Годогост, посмотри, что с ним! — чувствуя, как по онемевшим мышцам расходиться приносящая облегчения боль, почти выкрикнул Илья, стал подниматься с земли. Он даже не запомнил, как до этого добежал до Ясмины, обнял её, а после они оба рухнули на ковёр из листвы скованные муками. — Он до сих пор не пришёл в себя!

Превращение в грациозного кота заняло доли секунды, после чего Мал также быстро, всего в несколько прыжков оказался возле гмура.

— Жив наш маг! — вновь обретя свою внешность, объявил домовой. — Сон лучше всякого лекарства, но Годогост не спит, поэтому не поправляется.

Мал быстро справился со связывающими гмура верёвками, а подошедшие на ватных от волнения ногах путники перевернули его на спину. На чародея было страшно смотреть, огромная буро-чёрная гематома протянулась от гладкого затылка до переносицы.

Борода слиплась от крови, нацепляв ворох мелких веточек и листьев.

— Бедный наш… — слова Ясмины оборвались, она зарыдала, падая на колени. Девичьи руки запорхали вокруг лица мага самоучки, осторожно и тщательно очищая его густую бороду от мусора. — Илья, посмотри, он на гране!

За годы проведённые в Интернате Илья научился сдерживать слёзы, но сейчас он этого не желал. Солёная вода заструилась по щекам, но легче не стало. Он сел рядом с плачущей навзрыд Ясминой, обнял её, не в силах найти слова утешения.

Мал шмыгнул веснушчатым носом, обошёл Илью и привалился тёплым боком к зеленоглазой, стал тихонько, успокаивающе гладить её по бедру.

— Мал, ты умеешь лечить? — выдавил парень, рукавом вытирая слёзы.

— Увы, мы запечники хорошие врачеватели, когда дело касается сна. Не спит, к примеру, дитя, всю ночь напролёт на всю горницу орёт, так это я сдюжу, угомоню, сладких снов напущу. А вот тело латать, с этим мне не совладать.