Постфактум. Книга вторая.

— Там, в самом дальнем углу, за коробкой, — подсказывал запечник, передавая слова полтергейста. — Ищи лучше.

Парень несколько мгновений копошился во внутренностях шкафчика, после чего снова что-то звякнуло, и он выудил наружу стеклянную бутылку.

— «Пётр Великий», — прищуриваясь, прочёл Илья. Свет угасающего дня, да ещё плотно окутанного тучами, едва пробивался через окно. — Российский коньяк, крепость сорок процентов..., о, да это же алкоголь, да ещё и крепкий!

— Там ещё свечи в коробке лежат, и тара стеклянная есть, — подсказал запечник.

— Наш добродушный дух хочет, чтобы вы угостились тем, что очень любил прежний хозяин этого дома.

— Спасибо конечно, но восстанавливать незнакомый горячительный напиток я не умею, — убирая Монислав, уныло произнёс Годогост.

На душе гмура скребли кошки и, несмотря накрепко запертую дверь, обуревали тревога и страх. Выпивка в такие минуты казалась, могла снять хоть малую часть этих скверных чувств. Илья также чувствовал себя некомфортно, несмотря на спокойную обстановку и сытый желудок.

Одна Ясмина находилась в прекрасном расположении духа, хотя и не показывала своих эмоций. Сегодняшней ночью она будет спать в относительно тёплом и сухом месте, рядом со ставшими родными людьми, бок о бок с любимым, а не в логове червя переростка.

— Подождите, может ничего восстанавливать и не нужно! — вскакивая с места, пролепетала смуглянка. — Крепкое спиртное может храниться уйму времени и ничего с ним не случится!

— Откуда такие познания? — удивлённо взглянув на девушку, спросил Илья, вдруг вспомнив, что и сам про это знает.

— Ты не представляешь сколько раз наши мужики, ну из общины, те, кто уходил в поисках пропитания, находили старинные бутылки. Потом они надирались, восхищаясь умением предков делать столь прекрасные напитки, а после били друг другу лица.

— Мужики — везде мужики, что на просторах разрушенного мира, что на Руси — выпили, да кулаки давай чесать! — заметил Годогост, протягивая руку к коньяку.

— Дайка, отрок посмотрю, а ты пока свечи, да чарки поищи.

Илья отдал спиртное магу и вновь принялся за поиски. В голове вертелась прочитанная на этикетке информация. Слова: «Российский» и «Коньяк», конечно же, ему знакомы, встречались в книгах. Парень знал, что до гибельной для всего живого войны, Россией называлось большое и великое государство. Один раз он даже спросил у учителя Абдула, знает ли тот, что стало с этой страной.